Google+
На злобу дня. У нас это невозможно? Плагиат в фантастике Стимпанк жанр SPELLJAMMER МИРЫ. «БЕРСЕРК». ЛААР
Рассказы читателей: Земля 3000

Земля 3000



Я спустился вниз по трапу межпланетного рейсового лайнера и вдохнул полной грудью земной воздух, пропитанный запахом сгоревшего топлива и палёной резины. Легендарная колыбель человечества с точки зрения гравитации оказалась довольно удобной планетой, и после моего родного дома Артикуса самочувствие было превосходное. В полной мере проникнуться торжественностью момента мне помешал предупредительный андроид-носильщик, аккуратно забравший мои чемоданы. Стараясь не подпрыгивать из-за непривычной гравитации, я засеменил вслед за ним к зданию космопорта, где мне предстояло пройти обычную для любой цивилизованной планеты процедуру – таможенный досмотр.

Вокруг бурлила жизнь, то и дело раздавались чьи-то радостные возгласы. Друзья встречали друзей, родственники — родственников, а бездельников вроде меня встречали андроиды. Но этот факт меня совершенно не беспокоил, поэтому я прилежно демонстрировал окружающим свои тридцать два, стараясь не выпадать из общей атмосферы радости и душевного подъёма.

Земля. Сколько историй о ней я слышал в детстве от покойного деда, который прожил здесь большую часть своей жизни! Он вкладывал в свои воспоминания столько души и восторга, что у меня просто захватывало дух. И я твёрдо поклялся, что должен непременно увидеть своими глазами зеленеющие поля и леса, почувствовать вкус морского бриза на губах, посмотреть на море и на то, как догорающий пламенный диск тает в волнах, а следующим утром возрождается из пепла, разгоняя остатки сумерек… И много других вещей, которых невозможно увидеть на Артикусе. Дома у меня холодно — круглый год царит суровая зима, и белый цвет с голубоватым отливом превалирует над всеми остальными. Без специальных защитных очков и снаряжения выйти на открытое пространство невозможно – температура воздуха может опускаться до минус 120 градусов по Цельсию. Приятного мало, но я там вырос и дорожу своей маленькой родиной.

В то время как андроиды-таможенники осматривали мои вещи, меня проводили в кабинет, на котором красовалась табличка «Визовый контроль». Контролёром оказался приятный толстяк с пышными бакенбардами и геройскими усами. Он предложил мне присесть, угостил сигарой и разложил передо мной документы, требующие подписи. Пока я бегло просматривали бумаги, он объяснял мне основные аспекты правовой системы, которой в данный момент руководствовались земляне. Надо заметить, что она не сильно отличалась от правовой системы Артикуса. Разве что немного странным показался «Закон о рекламном праве», подразумевающий право любого частного лица или организации на рекламу с девяти утра и до девяти вечера.

Я всё добросовестно подписал. Вежливый толстяк напоследок по-отечески похлопал меня по плечу и подарил пухленький томик «Свода законов планеты Земля», взамен взяв с меня слово, что я непременно с ним ознакомлюсь в самые кратчайшие сроки. К тому же ко мне был приставлен личный андроид-телохранитель, представившийся именем Лаков. На том и порешили. Мы поспешили на улицу, где Лаков поймал роботакси и, загрузив чемоданы в багажник, отправились в отель.

По дороге я узнал много нового от нашего механического водителя. Его энергичный монолог заставлял проникнуться уважением к планете:

— Вы ведь турист, не правда ли? Наша замечательная планета принимает несколько миллиардов туристов в год. И, поверьте, никто не уезжает разочарованным. Да и как можно оставаться безразличным и бесчувственным, когда вокруг такая красота! Поглядите, вон те высотки из железобетона и стали стоят уже несколько столетий и простоят ещё столько же. А разнообразнейший спектр услуг, который предоставляет туристам гостеприимная Земля, вызывает подлинное восхищение. У нас есть всё, начиная от искусственных половых органов и заканчивая миниатюрной жевательной нанорезинкой. Кстати, не желаете угоститься энергетической карамелькой?

Робот-таксист протянул мне на раскрытой ладони горсть конфет, завёрнутых в прозрачный тонкий пластик. Я вежливо поблагодарил и взял одну.

— С вас два кредита.

Я едва не поперхнулся. Карамелька действительно бодрила.

— Разве вы мне их продали?

— Именно. Согласно пункту шесть «Закона о рекламном праве», «всякий материальный предмет, предложенный представителем рекламного агентства и принятый потребителем, имеет несомненный денежный эквивалент, и за него полагается соответствующая компенсация согласно действующему прейскуранту цен».

Я растерянно оглянулся на Лакова.

— Всё совершено на законных основаниях, – безразличным голосом подтвердил он.

Пришлось доставать бумажник и отсчитывать необходимую сумму. Шофёр, как оказалось, был действительным представителем частного рекламного агентства «Лорамель» — это подтверждало любезно предъявленное мне удостоверение. Напоследок он набил мне карманы рекламными проспектами, которые, к счастью, распространялись на некоммерческой основе.

Затем мы выгрузились и поднялись по мраморным ступеням в холл отеля, минуя робошвейцара, распахнувшего перед нами створки дверей. Целый оркестр андроидов встретил нас бодрым, известным на всю Галактику маршем, прославляющим сеть отелей «Роботехник». Под громкие аплодисменты мы пробрались сквозь эту толпу, взяли ключ от номера у портье и поднялись в свой номер на гидролифте. Лаков оставил меня в одиночестве, когда началась распаковка чемоданов, и попросил не беспокоиться: он всё время будет дежурить у дверей. Ну и ладно. А то в последнее время чрезмерное внимание роботехники к моей скромной персоне уже порядком начинало раздражать.

Номер оказался довольно комфортабельным. Я закурил и приоткрыл окно, из которого открывался вид на замечательный сад. Благоухание трав и фруктовых деревьев приятно тревожило обоняние, и с моего лица не сходила глупая блаженная улыбка. В дверь вежливо постучали. Я подумал, что это Лаков, но интуиция меня подвела. В номер вошёл робот-официант, кативший перед собой прекрасно сервированный столик с невообразимым разнообразием блюд. В предвкушении прекрасного ужина я потёр руки и, вооружившись ножом и вилкой, приступил к трапезе. Робот почему-то не уходил. Его металлическое лицо выражало благожелательность.

— Какие ещё будут пожелания, мсье Алексеев? – предупредительно проворковал он на французский манер.

Прожевав нечто неописуемо вкусное и запив это глотком вина, я ответил:

— Хотелось бы завтра сходить в магазин, торгующий рыболовными снастями, чтобы купить удочку и прочий инвентарь. У вас есть на примете подходящий?

— Конечно. – Широкая улыбка робота излучала симпатию. – Уверен, вы обрадуетесь разнообразию ассортимента и сделаете правильный выбор.

— Вот и отлично.

Я продолжил уплетать вкусный ужин.

— Мсье Алексеев, — снова обратился ко мне робот, — а вам случайно не требуется набор бритвенных принадлежностей?

— К сожалению, нет, я прихватил свои.

Надо заметить, что робота нисколько не обескуражил мой отказ, и в последующие десять минут он продолжил активно предлагать мне все мыслимые и немыслимые предметы гигиены, начиная от шёлковой туалетной бумаги и заканчивая расчёской с невидимыми нанозубчиками, виртуозно расписывая все прелести товара и его высокое качество. Его назойливость начинала утомлять. К тому же предлагаемый товар из категории «Предметы гигиены» плавно перешёл в категорию «Невероятно, но факт».

— А гидромофон с восполняющимся образом цикличности?

— Пожалуй, нет.

Робот деланно вздохнул и предпринял последнюю попытку:

— Возможно, вас заинтересует самовозгорающийся источник радости?

Я отрицательно помотал головой. Ручной хронометр мелодично звякнул, возвестив о девяти часах вечера, и робот, церемонно поклонившись и пожелав спокойной ночи, вышел в коридор. Приятная усталость заставила меня поскорее отойти ко сну.


Я открыл глаза.

— Здравствуйте, — проговорил сочным контральто андроид, расположившийся у изголовья моей кровати.

От неожиданности я вздрогнул, вскочил, прикрылся подушкой и постарался забиться в самый дальний угол своей кровати. Мама дорогая! Их здесь было не меньше десятка. Все поголовно держали в руках удочки и распахнутые чемоданчики с рыболовными принадлежностями, вежливо улыбались и пожирали меня своими зрительными рецепторами. Надо заметить, что мой личный телохранитель Лаков стоял в сторонке и молча наблюдал за этим безобразием, не предпринимая никаких попыток разогнать несанкционированный митинг.

— Какого чёрта… — я попытался было перейти в наступление, но тщетно.

— Мсье Алексеев, не бойтесь и не спешите возмущаться. Сейчас ровно девять часов утра, а согласно всемирному «Закону о рекламном праве», предлагать услуги можно начиная с этого времени и до двадцати одного ноль-ноль. До положенного срока мы старались обезопасить ваш сон и для этого активировали распылители звука. Сейчас мы их выключим, и вам предстоит кратковременный период адаптации к непривычному фоновому шуму.

Пока я пытался найти подходящие контрдоводы, включился звук. Как оказалось, за открытым окном весело щебетали птички, шумели деревья, под потолком гудел кондиционер, а возле тумбочки истерично голосил непонятно как оказавшийся там сверчок. Возможно, мне показалось, но в его пении слышались возмущённые нотки. Ещё бы! Всю ночь его, беднягу, нещадно глушили чёртовы механические благодетели.

Я нашарил ногой тапочки, надел халат и попытался протиснуться сквозь это вавилонское столпотворение к дверям ванной комнаты. Мне это удалось, правда, кто-то из механических друзей наступил мне на ногу, а кто-то больно ткнул концом спиннинга под ребро. Когда я уже вышел на финишную прямую и до заветной комнаты оставались считанные шаги, пара андроидов сцепилась в клубок у порога и, скрепя сочленениями, принялась мутузить друг друга, пытаясь таким нехитрым способом выяснить очерёдность своего рекламного выступления. Остальные андроиды с интересом вытянули зрительные рецепторы для лучшего обзора и принялись помогать дерущимся советами. Я аккуратно переступил через кучу-малу, закрыл за собой дверь на замок и затравленно огляделся. Раковина, унитаз, ванна, полочки с гигиеническими принадлежностями, полотенца на крючках и коврик у ног. Под потолком висела круглая лампа с закрытым абажуром, стены были покрыты керамической плиткой песочного цвета. Я искал роботов, которые могли в самый неожиданный момент прервать мои водные процедуры. Их не было. Вот и славно.

Я почистил зубы, мельком отметив, что в зубную щётку встроен маленький объектив. Бриться мне нравилось старым дедовским способом – опасной бритвой. Я сполоснул лицо холодной водой, снял с крючка полотенце и, вытираясь на ходу, открыл дверь ванной. И в испуге отшатнулся. Роботы торжественно выстроились полукругом возле двери и протягивали ко мне по два своих манипулятора, держа в одном злополучные удочки, а в другом — зубную пасту с труднопроизносимым названием.


К тому времени, когда мне удалось выпроводить всех этих механических коммивояжёров за дверь, я обогатился прекрасным спиннингом, набором крючков, коробочкой с красными калифорнийскими червями и тюбиком с зубной пастой, а мой бумажник значительно уменьшился в объёме. Вослед за предприимчивыми дельцами я отправил и Лакова — в свете последних событий я стал испытывать к нему некоторую антипатию.

У меня созрел план, и для его воплощения лишние глаза были совершенно ни к чему. Даже искусственные. Через несколько минут крепко связанная верёвка из добротных простыней была выброшена в окно, и я спустился по ней в сад.


Найти укромное местечко для рыбалки было делом техники – ещё вчера по дороге в отель я заметил старый, заросший парк с небольшим прудом. Густые заросли кустарников надёжно скрывали моё присутствие. Я закурил, нацепил на крючок самого упитанного американского червячка и, ловко закинув прицепленную наживку, отдался отдыху.

Сизые клубы табачного дыма лениво возносились к облакам. Поплавок застыл на месте. Моё внимание привлекла небольшая зелёная лягушка, расположившаяся на камне неподалёку от меня. Симпатичная такая лягушка, обыкновенная, земноводная, — но меня тревожило, что она пристально пялилась в мою сторону немигающим взглядом. Ну и ладно.

Время пролетело незаметно. В небольшом ведёрке, которое я предусмотрительно прихватил с собой, уже плескалось штук пять разных рыбок, классифицировать которых я затруднялся. Солнце клонилось к горизонту, и, похоже, стоило задуматься о возвращении в отель. Небось, Лаков ломает голову, куда же мог запропаститься его подопечный. Представив себе его обескураженную механическую физиономию, я усмехнулся.

— Покайся, брат, — прогнусавило соседнее дерево.

От неожиданности я вздрогнул и посмотрел на него. Старая древесная кора на уровне моего лица плавно преображалась, и вскоре на меня глядело благообразное лицо старика с пышными волосами и бородой, которые струились по стволу и незаметно сливались с корой.

— Чего?

— Покайся, брат, ибо грядёт возмездие, и Звезда Полынь уже окрасила воды в красный цвет.

— Ты живое?

— Не совсем. Я всего лишь геномодифицированное дерево с модуляцией голоса и вложенной программой.

Меня начало мелко трясти.

— Не обращайте на него внимания, молодой человек, — дребезжащим голоском проворковала лягушка. – Старик спятил довольно давно, а служба технического обслуживания про него попросту забыла, вот в его заржавевших мозгах и выработалась эта упаднически-религиозная концепция мира.

Я зло сплюнул и стал собираться, а спятившее дерево продолжало нести религиозную околесицу. Когда всё было готово, я тепло попрощался с лягушкой — пожалуй, единственным роботом на планете, которому ничего от меня не было нужно, поэтому её предназначение так и осталось для меня загадкой — и быстрым шагом направился в обратный путь.


Дорога в гостиницу не заняла много времени. Молчаливый Лаков сухим кивком головы приветствовал моё появление и величественно удалился, прикрыв за собой дверь. Видать, обиделся. Да и чёрт с ним – и так настроение испортилось.

Я быстренько принял душ и забрался под одеяло, выключив в комнате свет. На часах было девятнадцать ноль-ноль, и я подумал было, что оставил рекламщиков с носом. Но как же я недооценил противника…

Сначала едва слышный писк стал тревожить мои барабанные перепонки. Пришлось включать свет и искать источник шума. Им оказалось миниатюрное насекомое. Порывшись в памяти, я вспомнил страницу в энциклопедии, где описывалось это семейство двукрылых. Вроде бы они назывались Culex pipiens – комары обыкновенные.

Противный кровопийца наматывал круги над моей головой и, наконец, сел на стенку. Я взял газету с журнального столика, подкрался к нарушителю спокойствия и размахнулся для удара. Внезапно стена вспыхнула огненными буквами. Я выронил газету и отпрянул. Передо мной алела надпись «Лучшие товары только у нас! Покупай продукцию компании “Лунная соната”!».

В последующие пару часов разнообразные жучки-паучки самым наглым образом носились по моей комнате, негромко транслируя рекламные слоганы. Пылали стены, на мебели вспыхивали яркие рекламные баннеры… Мне удалось сцапать парочку насекомых, и я с остервенением смыл их в унитаз. А механическая феерия продолжалась. Под потолком стали порхать непонятно откуда появившиеся херувимчики. Они терзали свои арфы пухленькими пальчиками и задорно напевали нехитрые куплеты с рекламным подтекстом.

Когда до двадцати одного ноль-ноль оставалось несколько минут, мои силы были на исходе и воображаемый защитный круг был готов дать трещину. Я чувствовал, что скоро в него ворвутся силы зла, и ждал громогласного окрика: «Приведите Вия!», но ручной хронометр мелодично звякнул, и всё пропало.


Утро было ясное, солнечное, а я бежал, преследуемый целой сворой рекламных роботов, и уже на таможенном досмотре уплатил по счёту за порчу государственного имущества, то бишь рекламных роботов, которых я неосмотрительно смыл в унитаз. Сумма не сильно ударила по карману – как оказалось, мои зверства были не слишком тяжкими.

А через несколько долгих минут, всё ещё не веря в своё счастье, я несся по трапу межпланетного лайнера. Прости, дед, я тебя очень люблю, но восторгаться твоей легендарной Землёй просто не в силах. Её сегодняшний день, когда под каждым кустом стоят видеопроекторы, всё роботизировано, генномодифицировано и нахально требует к себе внимания, оставляет желать лучшего.

Каюта встретила меня тишиной и покоем. Но недавно приобретённые рефлексы возобладали над разумом, и я облазил все закоулки в поисках рекламных роботов. Естественно, их не было, и этот факт подействовал на меня умиротворяюще. Я неспешно распаковал вещи, достал со дна чемодана специально припасённый для исключительных случаев томик стихов Суинбёрна и удобно устроился в комфортном противоперегрузочном кресле. Сервомоторы приятно зажужжали, перестраивая конструкцию кресла под вес и очертания моей фигуры. Пальцы выстучали на пульте подлокотника необходимый заказ, и через мгновение юркий манипулятор уже протягивал мне поднос, на котором стоял запотевший бокал с горячительным напитком.

Промочив горло, я приступил было к чтению, как вдруг завибрировал мой не до конца распакованный второй чемодан. Я аккуратно поставил бокал на поднос, с опаской подошёл к багажу и открыл крышку. Из чемодана выпорхнул симпатичный андроид, стилизованный под херувимчика эпохи Ренессанса. Он мило улыбался, весело трепетал крылышками и ловко перебирал пухленькими пальчиками струны своей миниатюрной арфы. Я ласково и нежно ухватил его за набедренный ремешок двумя пальцами.

— Послушайте… — начал было он.

— Да, да? – Я был в данный момент само воплощение любезности, квинтэссенцией добра в чистом виде. Впрочем, впечатление наверняка портила злорадная ухмылка на моём лице. Аккуратно придерживая херувимчика, я набрал заказ. Когда андроид увидел, что именно мои пальцы выстучали на пульте, доброжелательная мина мигом слетела с его ангельского личика.

Я потянулся за молотком.



10
ВСЕГО ГОЛОСОВ
2
Новый номер
В ПРОДАЖЕ С
24 ноября 2015
ноябрь октябрь
МФ Опрос
[последний опрос] Что вы делаете на этом старом сайте?
наши издания

Mobi.ru - экспертный сайт о цифровой технике
www.Mobi.ru

Сайт журнала «Мир фантастики» — крупнейшего периодического издания в России, посвященного фэнтези и фантастике во всех проявлениях.

© 1997-2013 ООО «Игромедиа».
Воспроизведение материалов с данного сайта возможно с разрешения редакции Сайт оптимизирован под разрешение 1024х768.
Поиск Войти Зарегистрироваться