Google+
Бог против Дьявола Андрэ Нортон SOVIET ELECTRO Терминатор кино
Рассказы читателей: Короткая дорога

Короткая дорога


По тракту ехали двое всадников.

Один из них, высокий сероглазый юноша, происходил из рода благородных эльфов.

Об этом свидетельствовали миниатюрные заострённые ушки и длинные светлые волосы, собранные в косу (благородные эльфы были мало знакомы с парикмахерским искусством). Прекрасное, слегка тронутое прыщами лицо юноши было задумчиво. Хилые аристократические руки нервно теребили поводья. В общем, это был типичный представитель эльфийского племени, славящегося своей красотой, силой, мудростью и так далее и тому подобное. Под благородным эльфом вышагивал не менее благородный конь.

Рядом на старой облезлой кляче ехал рослый, широкоплечий детина, в котором с первого взгляда угадывался человек. Габаритами этот человек мог бы помериться с небольшим холмиком. Под грязной рубахой из домотканой холстины ходили ходуном мышцы. Эльфу приходилось придерживать коня, чтобы кляча, которую по законам физики должно было бы давно расплющить в лепешку, за ним поспевала. На лице у детины было угрюмо-туповатое выражение, что выгодно оттеняло одухотворённые черты эльфа.

Молодой эльф хотел совершить подвиг. Он, как и все его сородичи, испытывал тягу к добрым делам, защите сирых и убогих и… Да что рассказывать, стоит просто вспомнить любую из эльфийских легенд. Там всё подробно описано, чтобы прочие расы, не отличающиеся эльфийскими умом, красотой, отвагой, талантом и далее по списку (одно из первых мест в котором по праву занимает необычайная скромность), не забывали, кому они обязаны миром и процветанием на земле.

Полуденное солнце жгло нещадно. Сегодняшний день был одним из тех знойных дней, когда больше всего хочется утопиться в бочке с ледяной водой, а меньше всего — куда-либо идти, даже к вышеупомянутой бочке.

— Далеко ещё? — спросил эльф.

— Нет, сударь. Уже приехали, — ответил человек, указывая на растрескавшуюся шильду у обочины. На шильде значилось: «Гномьи земли».

— Куда приехали, дурень?! Ты же должен был привести меня прямиком к ведьме!

— А вот тут вы, сударь, напутали, — подобострастным тоном возразил детина. — Уговор, ить, какой был? Проводить сударя к землям, где ведьма-злодейка бесчинствует. А дальше сударь уж сам как-нибудь.

— Cам как-нибудь, — передразнил эльф. — Ладно, говори, как до её жилища добраться. Или не знаешь?

— Отчего ж не знать. Знаю. У нас всякое дитё знает, куда нос свой совать не следует! Вы, сударь, дальше по тракту езжайте, до развилки. Там повернёте направо, потом налево и ещё раз направо. А там до речки доедете, брод найдёте, переправитесь. А там деревенька. Через неё проедете. Через пару вёрст ещё одна…

По ходу объяснения глаза эльфа медленно лезли на лоб. На очередном «а там» он не выдержал.

— Хватит! Есть ли короткая дорога?

— Как не быть, есть! Езжайте, значит, сударь…

В предвкушении очередного подробного объяснения эльф заткнул уши.

— Всё, довольно! Ты поедешь со мной и приведешь меня прямо к её жилищу!

— Э нет, сударь. Вот так мы точно не договаривались, — детина ссутулился, являя собой наглядную иллюстрацию тектонических процессов в горном регионе. — Я, ить, геройствовать не нанимался.

Благородный эльф с презрением глянул на человека. Хотя чего ещё ждать от людей? Он хотел было сказать, что не заплатит, пока провожатый не выполнит свою часть сделки, но вспомнил, что уже отстегнул тому всю оговоренную сумму при найме.

— А тебя, любезный, геройствовать никто не просит. Ты меня короткой дорогой проводишь и сразу дёру дашь.

— За сумму в размере?.. — вкрадчиво поинтересовался детина.

— Трёх золотых монет.

— И всё-таки что-то мне боязно.

— Пяти золотых

— Десяти!

— Семи. И получишь по прибытии.

— Так что же мы стоим-то, сударь! — загорелся трудовым энтузиазмом детина. — Покуда ведьма старая свои чёрные дела на белом свете творит, никто в стороне оставаться не должен!

С этими словами человек соскочил с клячи и потащил упирающееся не хуже иного осла животное прямиком в лес. Эльфу ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Продираясь сквозь бурелом и отчаянно отмахиваясь от комаров, юный эльф не раз пожалел о своем решении, однако, не желая ронять свой авторитет в глазах человека, вида не подавал.

Через некоторое время он стал замечать, что его проводник держится не так уверенно, как раньше, и то и дело растерянно оглядывается по сторонам. Поинтересовавшись, в чем дело, эльф незамедлительно получил ответ.

— Мы, сударь, кажись того, заблудились,— промямлил детина, вжавшись в клячу.

— Как заблудились! Ты же, дубина стоеросовая, говорил, что знаешь дорогу! Я тебе, дурачина, за что заплатить изволил!

— Ещё не изволили, сударь, — попытался оправдаться детина, покаянно опустив голову.

Ответить эльф не успел. Они выбрались на небольшую, залитую солнцем полянку. На полянке девушка собирала ягоды.

Заострённые, слегка выгнутые дугой уши, немного больше, чем у эльфа, а также крепкая, плотно сбитая фигура и невысокий рост выдавали в ней гномку. И хотя любая эльфийка способна затмить своей красотой солнце в летний день, женщины из племён людей и гномов в молодости тоже не лишены привлекательности. И эта девушка являла тому столь наглядный пример, что даже благородный эльф, отличавшийся необычайно развитым чувством прекрасного, вынужден был это признать. В сущности, именно потому, что способность ценить прекрасное дана не только благородным эльфам (как ни странно), мужчины из гномьего племени и распускают слухи, что у их жён растут бороды. Надо же как-то компенсировать то, что при работе рудокопом совершенно нет времени на ухаживания.

Девушка была пышная, словно только что испечённый пирог, но при этом обладала неожиданно тонкой талией и длинными ногами. Вдобавок природа одарила гномку молочно-белой гладкой кожей, пшеничными кудрями и огромными зелёными глазами, сверкающими на овальном лице словно два изумруда.

Девушка с интересом оглядела путников.

— Здорова будь, красна девица, — начал разговор детина.

— И вам не хворать,— откликнулась девица. — Куда путь держите?

— К ведьме. Хочу злодейке вызов бросить и в честном бою белый свет от неё избавить, — приосанился эльф.

— Доброе дело задумали, — отозвалась гномка. — Ну а здесь-то вы что делаете?

— А мы, того, заблудились, — гордо сообщил детина.

Благородный эльф злобно зыркнул на спутника. Девица понимающе кивнула.

— Что ж, судари, не смею задерживать. Только лучше бы вам выбраться из леса до темноты. А то волки…

— Какие такие волки? — вскинулся эльф.

— Обыкновенные. Огромные серые клыкастые зверюги, — просветила его гномка.

Эльф медленно развернулся к человеку.

— Что ж ты мне, собака, брехал, что у вас тут леса спокойные!

— Я не брехал, сударь,— с видом оскорблённой невинности ответил детина. — Ну а волки… Так какой же лес без волков. Ну и медведь иногда набедокурит, тоже бывает. А так леса у нас спокойные. Завсегда можно покой обрести.

— Вечный, — закончила за него гномка.

Благородный эльф приобрёл аристократический бледно-зелёный оттенок, который великолепно гармонировал с листвой окружающих деревьев.

— Да не пугайтесь так, сударь! — воскликнула девушка. — Давайте я вас из леса выведу!

Юноша гордо вскинул голову. Благородный эльф — и испугался! Это же надо такое выдумать.

— Знаешь, где ведьма живет? — высокомерно процедил он.

— Как не знать. Знаю, — ответила девица. — У нас всякое дитё знает, куда нос свой совать не следует.

Фраза показалась эльфу знакомой, но он не обратил на это внимание. Юноша вытащил из сумки кошель и кинул гномке две золотые монеты.

— Доведёшь — получишь столько же.

Девушка проворно поймала монеты и быстро спрятала их в лиф платья.

— Чего же мы медлим! — воскликнула она. — Пока ведьма старая свои чёрные дела на белом свете творит, никто в стороне оставаться не должен! В путь, сударь!

И они двинулись в путь. Впереди важно вышагивала гномка. Следом шел эльф. Человек, которого с собой не звали, но и прогонять не стали, тащился в арьергарде.

— Как же хорошо, что нашёлся храбрец, который ведьму проклятую не убоялся! — сказала девушка. — А вы, сударь, и вправду её одолеете?

Юноша презрительно фыркнул. Подумать, что благородный эльф не сможет одолеть какую-то ведьму, могла только неотёсанная гномка.

— Не в обиду вам, сударь, сказано, — правильно истолковала фырканье девица.— Да только уж больно она злобная и могущественная. Такое творит, что жуть берет!

Благородный эльф замедлил шаг, поравнялся с детиной, сграбастал его за шкирку и тихо, чтобы гномка не услышала, прошипел:

— Ты ж говорил, что она старая, выжившая из ума склеротичка!

— Ведьма-то совсем на старости лет из ума выжила, — начала рассказ о деяниях злодейки девушка. — А склероз её уже всю округу замучил! Проклянёт кого-нибудь, потом забудет об этом и ещё раз проклянёт!

— Ты ж, песий сын, говорил, что она месяцами из дома не выходит, радикулитом мается!

— А уж про радикулит её я и вспоминать боюсь. Сама из-за него пострадала, — продолжила тараторить девица. — Я ж неподалеку от злодейки живу. Раз её так скрутило, что ни сесть, ни встать не может. Так она меня ей стряпать и в хате прибираться заставила. А прибирать там было что! Сама после той уборки долго разогнуться не могла. Я-то, конечно, ей сразу сказала: «Я тебе, ведьма старая, не холопка!» Не вру, сударь, так и сказала! И тут сила тёмная меня как подхватит да как понесет обед готовить. Не вру, сударь, так всё и было!

Она наконец-то умолкла, преисполнившись чувством собственной значимости. Однако благородный эльф решил выяснить всё до конца.

Он изо всех сил дернул детину за ворот и снова зашипел:

— А ещё ты, деревенщина неотёсанная, говорил, что она в глубоком маразме!

— А то как же, сударь. У ведьмы проклятой все признаки маразма, ить, на лице! — на весь лес заорал детина.

—Что верно, то верно, — согласилась с ним гномка. — Что же это ещё, как не маразм! В её-то возрасте летать по ночам на помеле да сырую человечину есть! Ей бы чего диетического, на пару приготовленного. А вечером зубы на полку и баиньки. А самое главное, что ничего ей от этого не делается. Радикулит иногда прихватит, а больше вообще никаких болячек!

Разумеется, не могло быть и речи о том, что благородный эльф выбрал своим противником ведьму по причине её предполагаемых старости и слабости. В конце концов, каждому ребенку известно, что благородные эльфы всегда стоят на страже добра и справедливости. И уж конечно, не способны на подлость.

Дальше пошли молча. Вместе с ними как по команде замолчала вся окрестная живность. Комары, и те перестали звенеть. От этого воцарившаяся тишина получилась по-настоящему зловещей.

Вскоре они вышли к болоту.

— Ну вот, сударь, ещё пару верст по болотцу – и мы на месте! — оживилась гномка.— Сейчас, обождите, надо только тропку найти. Где эта тропка, точно только бабка Февронья знала, что прошлым летом здесь утопла.

Девушка только что не светилась от радости, но эльф не спешил разделять её энтузиазм.

— Неужели нет какого-нибудь другого пути?

— Да не переживайте, сударь. Со мной не потонете! Я, конечно, сама на этом болоте не была, но бабка Февронья мне рассказала, где тропку искать надобно. Как раз перед своим потоплением и рассказала. Она меня за внука своего десятилетнего приняла, хотела того за клюквой отправить.

— Я, кажется, спросил, нет ли какого-нибудь другого пути, — перебил тараторку эльф. — Если есть, то не чеши языком, а показывай. Мне нет дела до этой твоей бабки Февроньи.

— Как прикажете, сударь, — насупилась девица и повела их в обход болота.

Вскоре лес поредел, и они выбрались на наезженную дорогу. Впереди высилась горная гряда.

Радости молодого эльфа не было предела. Прелести леса вроде комаров и бурелома сидели у него в районе подбородка. Единственным, что мешало юноше достичь гармонии с окружающим миром, были гномка и детина. Вернеё, выражения их лиц, как нельзя лучше подходящие для присутствия на похоронах. Причем на своих собственных.

Хотя что с них возьмешь? Дикие существа. Юный эльф решил не обращать на спутников внимания. Но когда ему это наконец удалось, девица резко остановилась.

— Вот что, сударь, дальше я не ходок!

Юноша скривился: опять все сначала.

— Как деньги брать, так сразу, а как их отрабатывать, так «дальше я не ходок», — передразнил он. — Ладно, проваливай, трусиха. А ты, пёсье отродье, сможешь довести меня?

И для пущей убедительности тряхнул кошельком. Но на этот раз звон монет не произвел должного эффекта.

— Нет, сударь, уж не обессудьте, но и я назад поворочу, — пробасил детина. — Да тут уж близко совсем. Езжайте, значит, сударь, прямо. А там тропинка. Свернете направо, а там…

— Довольно, — взвыл эльф. — Я не понимаю, почему бы вам просто не проводить меня и не получить свои деньги.

— Что ж поделаешь, сударь, — вздохнула гномка. — Не все такие храбрецы, как вы. Место-то здесь гиблое.

Эльф, в чьей памяти ещё было свежо болото с мифической тропкой и бабкой Февроньей, скептически хмыкнул:

— И что же тебя здесь пугает?

— Дракон, сударь, — просто ответила девушка. — Я думала, вы знаете.

— Об этом все знают, — подтвердил детина.

— Какой такой дракон? — еле выдавил эльф.

— Тут сложно сказать, сударь. Я ж его вблизи не видела. Его никто вблизи не видел.

— То есть видеть-то видели, но рассказать уже не смогут, — внёс пояснение детина.

— Но если в общих чертах, то издали он выглядит как огромный летучий зелёный вулкан, — описала дракона девушка. — И эта дорога — его любимое место охоты.

— Слушайте, сударь, может, вы заодно и дракона того, а? — заискивающе предложил детина.

Юноша готов был потерять сознание. Осуществить задуманное ему помешал шорох в придорожных кустах. Молодой эльф мгновенно ожил и бросился бежать, не разбирая дороги, доказав тем самым, что у страха не только большие глаза, но и чрезвычайно острый слух. Из злополучных кустов на дорогу выбежал заяц.

Как только юный воитель скрылся из виду, человек и гномка бросились к благородному коню, который на данный момент был единственным владельцем эльфийских пожитков, отыскали в чересседельных сумках кошель и отточенными движениями стали делить его содержимое. Кляча сурово надзирала за процессом.

Наконец дележка подошла к концу.

— Да, — протянул детина. — Я-то думал, что он хотя бы до гор доедет.

— А вот я сразу, как только ты мне его описал, поняла, что ни до каких гор он не дотащится. Честно сказать, я думала, что он ещё в лесу сбежит, — хвастливо отозвалась гномка.— Так что давай сюда мои три золотых. Спор есть спор.

Человек неохотно порылся в карманах и протянул девушке оговоренную сумму.

— Ну, ничего. Вот увидишь, на следующем я отыграюсь!


Благородный эльф сидел на пне и плакал. Он абсолютно выбился из сил и окончательно заблудился.

Послышались шаги. Юноша обернулся, ожидая увидеть либо стаю голодных волков, либо кровожадного дракона. Ни тех, ни другого не обнаружилось. Вместо них около пенька остановилась старая гномка.

Старуха была невысокого роста, с аккуратными седыми буклями на голове. Несмотря на преклонный возраст, она сохранила гордую осанку и цепкий взгляд, которым и наградила благородного эльфа.

— Да, сокол мой, разнюнился ты похлеще иной девки. Чего случилось-то? — спросила она.

— Заблудился я, бабушка, — всхлипнул эльф.

— Ну, это дело поправимое. Заканчивай, сокол мой, реветь. Я тебя мигом из леса выведу.

Благодарный юноша хотел было заплатить старухе, но вспомнил, что кошель вместе с другими вещами и конём он бросил, спасаясь от дракона. От старухи не укрылось его намерение. Это эльф понял по насмешливой улыбке, промелькнувшей на её губах. Он снова хотел было заплакать, на этот раз от досады, но, наткнувшись на старухин взгляд, быстро взял себя в руки.

Старуха не обманула. Вскоре они выбрались на тракт неподалеку от того места, где началось давешнее путешествие.

Старая гномка порылась в складках юбки и сунула эльфу пару серебряных монет.

— Бери, соколик. Заплатишь за постоялый двор. Садись на коня и скачи, авось ещё до темноты успеешь.

— А у меня и коня-то теперь нет, — вздохнул юноша.

— Как нет? — лукаво усмехнулась старуха. — А это тогда кто?

Юноша удивлённо оглянулся по сторонам. И увидел своего коня, мирно пасущегося у обочины.

— Спасибо тебе, бабушка!

— Не за что, соколик, — усмехнулась бабка. — Только ты, как приедешь, за учёбу возьмись. Отец столько сил в твое образование вкладывает, обидно будет, если впустую. А вот выучишься, тогда подвиги и совершай. Если захочется. Ну всё, скачи.

Ошалелый эльф вскочил на коня и погнал его прочь, оставив на память лишь облако серой пыли.

Старой гномке не нужно было прибегать к своим ведьмовским талантам, чтобы знать, какой вопрос задаст ей внучка при встрече. Вопрос этот будет звучать примерно так: «Ну и с какого перепугу ты ему помогла?! Могла бы найти увлечение поинтересней, чем всяких дурней из лесу выводить!» И дело тут не в злой натуре или испорченности — просто девчонка ещё слишком молода и считает, что любое зло должно быть наказано немедленно. Даже таким диким способом. И старуха точно знала, каким будет её ответ: «Я ведьма, а не судья». Чётко и лаконично, а главное — отражает самую суть проблемы.

К тому же что-то (возможно, необычайно развитая интуиция опытной колдуньи) подсказывало ведьме, что этот юноша способен усвоить преподанный урок. А значит, из него ещё может выйти что-нибудь толковое. Ну, да время покажет...

Она подумала, что пора снова хорошенько всыпать вертихвостке-внучке и её прохвосту-дружку. А заодно и старой ленивой ящерице, гордо именующей себя драконом, которая за горстку меди согласилась пугать дураков.

Потом мысли старухи унеслись в далёкое прошлое, когда она была молоденькой ученицей ведьмы и устраивала похожие экскурсии для всех желающих. А желающие всегда находились. И будут находиться, пока на свете не переведутся дураки и трусы.


0
ВСЕГО ГОЛОСОВ
0
Новый номер
В ПРОДАЖЕ С
24 ноября 2015
ноябрь октябрь
МФ Опрос
[последний опрос] Что вы делаете на этом старом сайте?
наши издания

Mobi.ru - экспертный сайт о цифровой технике
www.Mobi.ru

Сайт журнала «Мир фантастики» — крупнейшего периодического издания в России, посвященного фэнтези и фантастике во всех проявлениях.

© 1997-2013 ООО «Игромедиа».
Воспроизведение материалов с данного сайта возможно с разрешения редакции Сайт оптимизирован под разрешение 1024х768.
Поиск Войти Зарегистрироваться