Заблуждения. Война 1812 года
Кратко о статье: Собирался ли Наполеон захватить Россию? Кто победил в Бородинской битве? Кто нанёс Великой армии больше урона — фельдмаршал Кутузов или генерал Мороз? Давайте разбираться.

Заблуждения

Война 1812 года

В нынешнем году мы отмечаем двухсотый юбилей одной из самых славных побед в истории русского оружия. В 1812 году об Россию обломал зубы величайший полководец своего века — причём такой исход до начала войны мало кто предполагал. Естественно, грандиозная победа со временем превратилась в легенду, а её творцы встали в один ряд с античными героями. И, как следствие, война 1812 года обросла изрядным количеством мифов, самые распространённые из которых мы постараемся развеять.

НАПОЛЕОН ПЛАНИРОВАЛ ЗАВОЕВАТЬ РОССИЮ

Фраза «Через пять лет я буду владыкой всего мира. Остается одна Россия, — я раздавлю её», приписанная аббатом де Прадтом Наполеону, рисует императора европейским Чингисханом, который спал и видел, как бы «дотянуть» свою Империю по меньшей мере до Урала. Предполагать подобное — значит отказывать Бонапарту в обыкновенном здравом смысле. На самом деле, кампания 1812 года, как и почти всего его во йны, была направлена прежде всего против Англии, в которой французский Император видел главного врага. С помощью военной победы он рассчитывал вернуть Россию в фарватер своей политики и принудить её к строгому соблюдению Континентальной блокады. Наполеона не интересовали русские просторы, ему нужен был мир на выгодных для его империи условиях.

РОССИЯ — ЖЕРТВА НЕМОТИВИРОВАННОЙ АГРЕССИИ

Если исходить из известного постулата, что «война есть продолжение политики иными, насильственными средствами», Наполеона сложно назвать единственным виновником событий 1812 года. Никого в России не радовало возникновение на западных границах страны Великого герцогства Варшавского, в петербургском высшем обществе царили антифранцузские настроения, да и необходимость соблюдать Континентальную блокаду вызывала изрядное раздражение. Как следствие, «тильзитская дружба» очень быстро начала трещать по швам, и договорённости всё чаще соблюдались разве что формально. Следуя вполне понятному желанию проводить независимую политику, Александр I долго, осознанно и последовательно шёл к разрыву союза с Францией, а с 1810 года в России началась подготовка к вооружённому конфликту. Это, впрочем не отменяет того факта, что развязал его в итоге именно Наполеон.

ВТОРЖЕНИЕ НАПОЛЕОНА НАЧАЛОСЬ БЕЗ ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ

Ещё до того, как первые солдаты Великой армии перешли Неман, российский посол в Париже князь Куракин и французский посланник в Санкт-Петербурге генерал Лористон потребовали выдачи паспортов. По дипломатическим правилам начала XIX века это считалось разрывом отношений и началом войны, а 22 июня Лористон вдобавок передал в Министерство иностранных дел в Санкт-Петербурге ноту с формальным её объявлением.

БАРКЛАЙ-ДЕ-ТОЛЛИ ЕЩЁ В 1807 ГОДУ ПРИДУМАЛ ПОБЕДИТЬ НАПОЛЕОНА, ЗАМАНИВ ЕГО ВГЛУБЬ РОССИИ

Эта версия приводится в воспоминаниях французского генерала Матье Дюма, который заявлял, что слышал её от немецкого историка Бертольда Нибура, а тот, в свою очередь, якобы узнал это от самого Барклая. Сомнительная получается цепочка, особенно если добавить, что свои мемуары Дюма писал через много лет после кампании 1812 года. Факты же говорят о том, что Россия готовилась отнюдь не только к оборонительной войне. Многие видные генералы, не исключая и самого Барклая, перед 1812 годом предлагали Александру I планы превентивной войны на чужой территории. А близкий друг царя князь Адам Чарторыйский ещё в 1811-м посещал родную Польшу, чтобы попытаться склонить местную верхушку поддержать русскую армию, когда та откроет боевые действия против Наполеона. Поляки предпочли принять сторону последнего, и лишь после того, как соотношение сил в пользу французов стало очевидным, российское руководство приняло решение о необходимости отступления.

НАПОЛЕОН ВТОРГСЯ В РОССИЮ С АРМИЕЙ ЧИСЛЕННОСТЬЮ СВЫШЕ 600 ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК ПРОТИВ 200 ТЫСЯЧ У АРМИЙ СОПЕРНИКОВ

Строго говоря, цифры вполне справедливы, но в них есть некоторое лукавство. Шестьсот с лишним тысяч — это общая численность Великой армии с учётом гарнизонов, больных в госпиталях и резервов, некоторые из которых вовсе не участвовали в кампании 1812 года. В то же время при подсчёте русских сил обычно оказываются «забыты» резервные корпуса, находившиеся в относительной близости от западной границы. К тому же в российской армии учитывались лишь строевые, а в Великой армии в счёт шли и нестроевые. Даже с учётом этого к началу кампании Великая армия обладала заметным численным превосходством, но оно не было таким подавляющим, как порой представляется.

ОБРАЗ КУТУЗОВА

Стараниями Льва Николаевича Толстого и школьных учебников по истории в нашем сознании укоренился образ Кутузова как эдакого мудрого дедушки, любимца армии и народа, который воевал чуть ли не лежа на печи. Реальный Михаил Илларионович имел мало общего с этим лубочным образом. Хитрый политик и ловкий царедворец Кутузов действительно был достаточно популярен среди простых солдат, но вот симпатиями генералов, в том числе и самых авторитетных вроде Багратиона, Барклая-де-Толли или Беннигсена, не пользовался, да и Александр I старого полководца явно недолюбливал. Кутузов не стеснялся лукавить в официальных рапортах, а по заявлению английского генерала Томаса Вильсона, состоявшего при штабе русской армии, новоявленный фельдмаршал намеренно позволил Наполеону выскользнуть — якобы Михаил Илларионович считал, что полный разгром французов идёт вразрез с интересами нашей страны. Кажется, этих фактов достаточно, чтобы понять: Кутузов был гораздо более сложной и неоднозначной фигурой, чем может показаться на первый взгляд. Ну и, разумеется, совершенно несправедливо недооценивать его полководческие достижения, ведь за всю кампанию 1812 года Кутузов, в отличие от Наполеона, не допустил ни одного серьёзного стратегического просчёта.

В БОРОДИНСКОЙ БИТВЕ ПОБЕДУ ОДЕРЖАЛИ…

Споры о том, кто же победил в самом масштабном сражении этой войны, не утихают вот уже два века. Что, впрочем, и неудивительно, ведь на следующий день после окончания битвы обе стороны поспешили приписать победу себе. Строго говоря, по всем понятиям начала XIX века больше оснований для этого имели французы. Именно за ними осталось поле боя, к тому же, по наиболее достоверным оценкам, Великая армия понесла несколько меньшие потери, чем русские войска. В то же время Наполеон не сумел достичь главной стратегической цели — русская армия не была разбита, и генеральное сражение не положило конец войне. Кутузову, в свою очередь, не удалось защитить Москву, да и грядущий развал Великой армии после Бородина вряд ли можно было назвать неизбежным. Так что, пожалуй, правильнее всего будет сказать, что победителей в этой битве не было.

ЧУДО В САВВА-СТОРОЖЕВСКОМ МОНАСТЫРЕ

В начале осени 1812 года корпус пасынка Наполеона Евгения Богарне занял Звенигород, и часть войск расположилась в Савва-Сторожевском монастыре. Однако разграбления он избежал. Как рассказывал впоследствии сын самого Евгения Максимилиан Лейхтенбергский, ночью его отцу якобы явился старец, который пообещал, что, если монастырь не будет тронут, Богарне благополучно переживёт войну. Красивую легенду несколько портят два факта. Во-первых, из маршалов и генералов, командовавших корпусами Великой армии во время войны 1812 года, все до единого покинули Россию живыми, а Богарне умер в возрасте всего 42 лет, прожив куда меньше, чем, например, маршалы Удино или Макдональд, не замеченные в сношениях со святыми. Во-вторых, пасынок Наполеона по праву слыл настоящим рыцарем и старался не допускать в своих войсках мародёрства и без подсказок со стороны.

ДУБИНА НАРОДНОЙ ВОЙНЫ

Участие простого народа в войне 1812 года и его значимость для победы несколько преувеличены. В западных губерниях Наполеона вовсе не воспринимали как врага. Многотысячное ополчение состояло преимущественно из крепостных крестьян, которых добровольцами можно было назвать лишь с изрядной натяжкой, да и выполняло оно преимущественно вспомогательную роль и редко участвовало в боевых действиях. Что до знаменитых партизанских отрядов Денисова, Винцингероде или Сеславина, то они в большинстве своём состояли преимущественно из кадровых военных или как минимум имели крепкий костяк «контрактников». Конечно, крестьяне, когда у них была такая возможность, встречали фуражиров и мародёров с оружием в руках и могли расправиться с отбившимся неприятельским отрядом, а в борьбе с Великой армией так или иначе участвовали представители всех сословий. Но основная заслуга в победе над Наполеоном всё же принадлежит профессиональной армии.

ГЕНЕРАЛА БОНАПАРТА ОДОЛЕЛ ГЕНЕРАЛ МОРОЗ

На Западе популярна точка зрения, что Наполеон уступил не столько русской армии, сколько стихии. Мемуары солдат Великой армии, переживших поход 1812 года, действительно наполнены яркими описаниями русских холодов и вызванных ими страданий. Но к тому моменту, как во второй половине ноября грянули те самые жуткие морозы, армия Наполеона из-за действий наших войск, голода и утраты дисциплины уже вовсю разлагалась. Холод лишь ускорил и усугубил этот процесс — к тому же стоит добавить, что не щадил он и русских солдат.