Google+
Журналисты ТЮРЬМЫ МИРЫ. «ВАВИЛОН 5» Антиутопии
Версия для печатиАрсенал: Арсенал. Вооружения и тактика XVIII века
Кратко о статье: Галантный век! Парики, треуголки, шпаги... и штыки, сверкающие в пороховом дыму. Разбираем изобретения и реформы эпохи появления регулярных армий.

Между кремнем и сталью

Вооружение и тактика XVIII века

Горит восток зарёю новой
Уж на равнине, по холмам
Грохочут пушки. Дым багровый
Кругами всходит к небесам.

А. С. Пушкин, «Полтава»

Часто считается, что открытия — результат внезапных озарений, изредка посещающих одиноких и непризнанных гениев. Но так рождаются лишь общие концепции, непригодные для практического воплощения. Потому-то гении подчас и остаются непризнанными в течение многих столетий, пока кто-нибудь не воплотит их фантазии в жизнь. Настоящие, важные, революционные изобретения рождаются долго и трудно, но поспевают точно к сроку. Именно такой оказалась история кремнёвого ружья со штыком.

 

В ПОИСКАХ РУЖЬЯ

Оружие с надёжным в действии, но чрезвычайно дорогим, сложным и требовательным к уходу колесцовым замком продолжало производиться до середины XVIII века.

Во второй половине XVII века основу европейских армий составляла пехота, вооружённая облегчёнными мушкетами, годными для использования без подпорки, и трёхметровыми «шведскими» пиками. Конница, которой больше не угрожали медлительные, но непрошибаемые «ежи» баталий, почувствовала себя увереннее и переживала новый расцвет. Обычная в средние века, но позже забытая атака в сомкнутом строю, галопом, холодным оружием и копытами снова входила в моду. Но вернуть себе господствующее положение в бою кавалерия уже не могла: конный уже не стоил десяти пеших, как когда-то. Мушкетёр имел реальные шансы застрелить лошадь. Пикинёры, хоть и «укороченные», тоже дорого отдавали свои жизни.

Пикинёр «нового образца»

А вот казне, напротив, обходились намного дешевле, чем кирасиры. Теперь именно пехоте предстояло стать главной ударной силой. Но искусство наступательного боя долго не давалось ей. Мушкетёрам приходилось держаться от врага напочтительном расстоянии, в ближнем бою они были слишком уж уязвимы. И дело было даже не в том, что кортик являлся слабоватым аргументом в рукопашной. Стрелок вообще не мог использовать его, одновременно удерживая огромное ружьё, тлеющий фитиль и деревянный шомпол. Пикинёры без огневой поддержки тоже немногого стоили.

Время требовало создания принципиально нового оружия — единого и универсального. Сочетающего свойства мушкета и пики.

РОЖДЕНИЕ ЛЕГЕНДЫ

Кремнёвое ружье позволило каждому солдату участвовать как в перестрелке, так и в ближнем бою. Оно возникло в результате объединения нескольких изобретений, каждое из которых имело непростую историю. К заимствованному у фитильного мушкета стволу добавились кремнёвый замок и бумажный патрон, повышающие скорострельность, надёжный стальной шомпол, а также штык. К концу XVII века каждый из этих элементов существовал уже не меньше полутора столетий. Но им очень долго не удавалось найти друг друга.

Кремнёвый замок превратил пистолет в оружие дешёвое и практичное. Но прицельная дальность осталась равной десяти шагам.

Кремнёвый замок был изобретён на Ближнем Востоке практически одновременно с появлением колесцового замка в Европе. В 1500 году он, во всяком случае, уже применялся в Турции. Четырьмя годами позже арабский кремнёвый стал известен в Испании. Отследить же дальнейшее распространение этой технологии по Европе помогает длинная череда высочайших запретов на её применение.

К стволам мушкетов поначалу пытались приваривать лезвия бердышей. Но при рубящем ударе слишком легко было сломать ружьё.

Последний раз кремнёвый замок был запрещён — под страхом смертной казни! — королём Франции Людовиком XIV в 1645 году. Но это вовсе не означало, что всякого, у кого он будет обнаружен, немедленно тащили к палачу. Производить, хранить, носить и даже использовать оружие с кремнёвым замком не возбранялось. С ним нельзя было лишь попадаться на глаза каптенармусу во время полкового смотра. Солдат с «неуставным» мушкетом не считался экипированным. Во времена, когда воин получал средства из казны, но приобретал снаряжение самостоятельно, это приравнивалось к дезертирству.

Чем же удобный и недорогой (по сравнению с колесцовым) замок так не угодил правителям? На самом деле претензии были весомы. Турецкий замок, исключительно простой в изготовлении и не склонный к поломкам, был при этом крайне ненадёжным в действии. Одна осечка приходилась на 3-5 выстрелов. На практике это означало, что залп полка окажется на 25% «жиже», чем в случае использования фитильных мушкетов.

При выстреле из кремнёвого ружья сначала вспыхивал порох на полке и только потом, с некоторой задержкой, загорался заряд в стволе. Следует заметить, что замок срабатывал только в положении, близком к горизонтальному.

Проблема надёжности отчасти была решена с появлением немецкого или «батарейного» кремнёвого замка в тридцатых годах XVII века. Куда более массивный и сложный европейский вариант осекался лишь один раз на 7-15 выстрелов.

Русская фузея собственной персоной. За границей модель более известна как «длинный голландец». Выпускалась также в офицерском варианте, с прикладом из карельской берёзы.

Но и немецкий замок не был лишён недостатков. Он состоял из множества деталей, каждая из которых могла выйти из строя. Даже если при чистке терялся винт, в походной кузнице новый изготовить не могли. Кроме того, кремнёвый замок нуждался в новом типе боеприпасов: правильно обтёсанных кусочках камня. Кремень выдерживал всего два-три десятка выстрелов, достать же новый было нелегко. Пока кремнёвые ружья оставались редкостью, маркитанты не поставляли расходные материалы к ним.

Переход на оружие с кремнёвым замком стал возможным только после появления регулярных армий, получающих вооружение с казённых складов. Теперь, если ружьё выходило из строя, солдата наказывали и... немедленно выдавали ему новое. Ведь от безоружного стрелка нет никакой пользы. Легко решился вопрос и с производством кремней.

Заодно был внедрён и железный шомпол, удобно убиравшийся в ложу ружья. Принятые раньше толстые деревянные шомпола постоянно ломались, да и носить их было неудобно, хотя стоили они дёшево и не портили ствол. Но с тех пор, как мушкетёры перестали тратить собственные деньги на покупку оружия, эти преимущества потеряли значение.

Экономические соображения способствовали и принятию на вооружения известного с 1530 года бумажного дульного патрона. Суть изобретения заключалась в том, что вместо деревянного зарядца необходимое для выстрела количество пороха насыпалось в бумажную трубку — «гильзу». В неё же вклеивалась и пуля. Использование гильз позволяло отказаться от рожка с затравочным порохом и пары пыжей. Теперь стрелок просто доставал патрон из сумки, надкусывал его, высыпал немного пороха на полку, остальное в ствол, а затем туда же забивал шомполом пулю вместе с гильзой. Удобство такой техники заряжения не вызывало сомнений. Но в эпоху наёмных армий мушкетёры с не меньшей доблестью, чем натиск вражеской кавалерии, отражали попытки командования заставить их, кроме пороха и свинца, покупать ещё и дороговатую по тем временам бумагу.

Штык довершил превращение. Мушкетёры давно находили, что им требуется более сильное оружие, чем шпага. Попытки приделать остриё к подпорке прекратились, поскольку и самой подпоркой перестали пользоваться. Логичным казалось снабдить лезвием сам мушкет. Уже в XVI веке появились байонеты — вставляемые в ствол ножи. Но они постоянно ломались либо выпадали. В середине XVII века голландцы изобрели ввинчивающийся байонет. Но и он не удовлетворил военных, так как, когда нагретое стрельбой дуло охлаждалось, резьба заклинивала намертво. Распространение смог получить лишь штык, приваривавшийся снаружи ствола.

Полевая артиллерия

С момента замены кулеврин скорострельными короткими пушками в XVII веке и до появления нарезных орудий в конце XIX века огневая мощь артиллерии оставалась неизменной. И развитие этого рода войск вынужденно ограничивалось постепенным повышением манёвренности. Вместо наёмных лошадей и волов всё чаще использовались сильные, быстрые и не боящиеся выстрелов артиллерийские кони.

Раньше всего — на рубеже XVII-XVIII веков — полевая артиллерия была полностью переведена на «казённую» тягу в России. Главным образом потому, что русские крестьянские лошадки были мельче и слабее западных аналогов и тянуть пушки не могли. Но к середине столетия примеру Петра последовали и другие государи.

Полевые пушки разных стран различались дизайном, но не характеристиками. Почти всегда они весили около полутора тонн и имели калибр 122 миллиметра (12 фунтов). Орудие делало один выстрел в минуту и «доставало» на 400 метров картечью и вдвое дальше рикошетами. Ядро могло пролететь и два-три километра, но на большой дистанции оно уже не отскакивало от земли и не представляло опасности.

ОТ ФУЗЕИ К СЕМИЛИНЕЙНОМУ РУЖЬЮ

В 80-х годах XVII века «оружие будущего» приняло законченный вид. Конструкторам пришлось проделать большую работу: ведь и сам по себе мушкет весил более шести килограммов, теперь же к нему добавлялись тяжёлый немецкий замок, полутораметровый стальной шомпол и полуметровый штык, в сумме весившие ещё два килограмма. Лишь ценой жесточайшей экономии (в жертву были принесены даже прицельные приспособления) удалось удержать общий вес ружья в пределах 5,7 килограмма.

Не так-то просто оказалось определиться с выбором калибра. Ещё в начале XVII века «двухместные» 20-23-миллиметровые мушкеты стали сменяться куда более удобными 16-18-миллиметровыми. Но создатели фузеи всё-таки остановились на внушительном калибре 20,3-21,6 мм.

Крепившаяся к гренадёрскому шлему коса служила не для украшения, а для защиты шеи от сабельных ударов.

Решающее значение при этом сыграла, как ни странно, длина ствола. Он теперь одновременно являлся и «древком» для штыка: возможность нанести удар чуть раньше казалась большим преимуществом. Массово же производить стволы с соотношением калибра к длине больше 1:70 в ту пору не могли.

Конечно, фузея со 142-сантиметровым стволом представляется громадным ружьём. Но для того, чтобы оценить её габариты в полной мере, требуется некоторая дополнительная информация. Например, тот факт, что даже в 1836 году (а это уже XIX век) лишь каждый сотый из призванных во французскую армию рекрутов был выше 172 сантиметров. Средний же рост новобранцев составлял всего 158 сантиметров. Впрочем, французы тогда считались низкорослой нацией. Русские и англичане были несколько выше.

Калибр фузеи не только был велик «от рождения», но и постепенно возрастал со временем. Ведь после каждых двадцати выстрелов ружьё приходилось прочищать кирпичной пудрой, иначе нагар (смесь свинца, сажи и окалины) забивал ствол до такой степени, что пуля уже не входила в него. А поскольку возле казны и дульного среза ствол растирался быстрее, чем посередине, периодически ружье отправляли в мастерскую и рассверливали.

Рост «маленького корсиканца» составлял 170 сантиметров. То есть был значительно выше среднего по меркам XVIII века. Хотя, вполне вероятно, Наполеон казался ниже из-за непропорционального телосложения.

Выпущенные из фузеи пули наносили ужасные раны, но в цель попадали редко. Причём от усилий стрелка результат практически не зависел — легендарная меткость Соколиного Глаза (как, впрочем, и его предшественника Робина Гуда) является мифом. Даже в идеальном случае рассеяние пуль, вылетавших из гладких стволов той эпохи, было очень большим. Лучшее спортивное ружьё со стволом длиной 120 калибров обеспечивало верный выстрел по ростовой мишени с 60 метров. Военное 70-калиберное — с 35 метров. Короткое и лёгкое охотничье либо кавалерийское ружьё — только с 20 метров. То есть плохой стрелок, конечно, мог промахнуться и с такой дистанции. Но с большего расстояния даже снайпер попадал во врага лишь случайно.

Увы, такой бой имели только новые ружья, заряженные с большой аккуратностью. Ствол старой фузеи, повидавшей и испытавшей многое, как правило, был не раз погнут при штыковых ударах. А помятая шомполом и облепленная бумагой пуля могла считаться «круглой» лишь очень условно. К перечислен- ному стоит прибавить сокрушительную отдачу.

Несмотря на удобство нового замка и применение бумажного патрона, очень низкой оставалась и скорострельность: на заряжение уходило от одной до полутора минут, оружие было чудовищно длинным, да и штык мешал работать шомполом.

Лишь в середине XVIII века король Пруссии Фридрих II решил, что преимуществами в штыковом бою можно отчасти пожертвовать в пользу увеличения темпа стрельбы. Так появилось новое семилинейное (17,8 мм) ружьё со стволом, укороченным до 60 калибров.

В чём истинное величие государя? Это когда вокруг гренадёры... и они только по грудь.

Действенность выстрелов по лошади несколько снизилась, но теперь пехота могла давать уже полтора залпа в минуту. Путём систематической, заядлой и усиленной порки мушкетёров пруссакам даже удалось довести скорострельность до четырёх залпов. Но... опыт был признан неудачным. То есть мушкетёров, конечно, пороли и дальше, но делать больше залпа в минуту пехоту до середины XIX века уже не учили. Всё равно пули улетали непонятно куда, и частый огонь не имел иных последствий, кроме задымления и расхода боеприпасов. Реальный эффект давали только выстрелы в упор и штыковые удары.

Тем не менее к концу века по всей Европе были признаны удобство и практичность укороченного ружья, и семилинейный калибр стал стандартным.

О настоящей стандартизации, впрочем, говорить ещё не приходилось. Особенностью вооружения армий XVIII века (как и многих предыдущих веков) было отсутствие однообразия. Для каждого вида пехоты — мушкетёров, егерей, гренадёров — и для каждого вида конницы разрабатывалась и утверждалась на высочайшем уровне особая модель ружья. Но и ею снабжались только гвардейские полки. Большинство же солдат носило оружие самого разнообразного, а нередко и загадочного происхождения. Ведь основную его массу составляли трофеи, взятые во время бесчисленных войн, результаты переделок и модернизаций, а также реликты давно ушедших эпох. К примеру, фузеи, изготовленные при Петре I, продолжали использоваться вплоть до Отечественной войны 1812 года. А после неё ситуация стала только хуже: собрав со всей Европы самый невозможный оружейный хлам, французы принесли его в Россию и бросили под Москвой.

Захваченные в 1812-1815 годах трофеи никакой классификации не поддавались. Но и до этого в русской армии ружья делились по калибрам (от 13 до 22 миллиметров), и каждый калибр по типам: пехотные (самые длинные), егерские (короче), драгунские (ещё короче), кирасирские и гусарские (с самым коротким стволом). В общей сложности насчитывалось 85 «комбинаций». Некая стандартизация существовала только в пределах полков. Каждый из них получал ружья — пусть и выпущенные в самое разное время в различных странах, но со стволами примерно одинаковых калибра и длины.

Естественно, и это правило на деле не соблюдалось. Часть сдавала неисправные ружья на склады, а взамен получала не те, которые нужно, а те, которые имелись в наличии. Кроме того, даже среди ружей «равных пропорций» попадались как новые, так и старые с неоднократно рассверленными и истончившимися стволами. Баллистика у каждого из них была индивидуальной. Как следствие, точность залповой стрельбы не выдерживала критики. Солдаты, которым доставались древние 22-миллиметровые пищали, регулярно травмировались богатырской отдачей. У тех же стрелков, кому были выданы ружья калибром 13 миллиметров (взятые, вероятно, когда-то у янычар или польских партизан), начинали стучать зубы при встрече с вражеской конницей.

Осадная артиллерия

Борьба с вражескими укреплениями в XVII-XIX веках возлагалась на орудия с четырёхметровым стволом калибром 152 миллиметра (24 фунта). Отклонения от этого стандарта были редки и, как правило, нежизнеспособны. Пушку тяжелее пяти тонн очень трудно было бы транспортировать конной тягой.

Многочисленная упряжка не решала проблему подвижности орудия. «Ахиллесовой пятой» артиллерии XVIII столетия были узкие деревянные колёса — пушки вязли в колее. И если весящую четыре центнера полковую 6-фунтовку солдаты, бывало, на руках переносили через ров и забрасывали в пролом стены, то для прохождения осадных парков частенько приходилось укреплять мосты и дороги.

Энергия ядра стремительно падала с расстоянием. Поэтому огонь осадная пушка вела с дистанции всего в 150-300 метров. Возвести на таком расстоянии от вражеских стен надёжное укрытие из набитых землёй деревянных срубов сапёрам было не так-то просто.

Наиболее мощные пушки размещались в крепостях и на береговых батареях.

Конная артиллерия

Если в XVI веке батарея в бою вообще не могла сменить позицию, то в XVIII веке по ровному месту пушка носилась уже так лихо, что канониры пешком не поспевали за ней.

Выход попытались найти в оборудовании лафета, передка и зарядного ящика несколькими сидениями. Так появилась «ездящая артиллерия». Но этот способ передвижения оказался очень некомфортным и опасным: когда лошади переходили на рысь, лишённые рессор повозки буквально вытрясали из пассажиров душу. Люди часто падали с них и погибали под колёсами орудий

Куда лучших результатов удалось достичь, рассадив артиллеристов на лошадей. Внезапно появляясь там, куда пушки, казалось, не могли поспеть в принципе, конная артиллерия, созданная по инициативе Петра Великого во время Северной войны, преподнесла шведам много неприятных сюрпризов. В течение XVIII века примеру России последовали и другие европейские страны.

Конные артиллеристы носили сабли и нередко, начав атаку залпом из пушек, завершали её уже холодным оружием.

Глубицы

Уникальной особенностью русской артиллерии XVIII-XIX веков является смешанный состав артиллерийских батарей, в каждую из которых включалось равное количество пушек и гаубиц — «единорогов». При том же весе, что и обычное орудие, короткий «единорог» имел калибр 152 мм и поражал картечью втрое большую площадь. Зато выпущенные из него ядра летели вдвое медленнее и рикошетов практически не давали. На большую дистанцию огонь вёлся лишь разрывными снарядами.

На практике это означало, что русская артиллерия имела преимущество в ближнем бою, но уступала вражеской при дальней перестрелке — рикошеты были куда опаснее бомб. Начинённые чёрным порохом чугунные сферы взрывались слабо, давая мало убойных осколков. Если вообще взрывались.

С другой стороны, результат стрельбы ядрами сильно зависел от особенностей грунта и рельефа. Снаряды вязли в песке, перелетали овраги, отскакивали от пригорков и редутов. Гранаты, конечно, тоже нередко тонули в болотах и разбивались о камни, но всё-таки на пересечённой местности действовали вернее.

ТАКТИКА АРМИЙ XVIII ВЕКА

В XVIII веке кавалерия чаще всего вооружалась не ружьями, а только пистолетами либо приспособленными для стрельбы картечью мушкетонами.

С появлением фузеи пики стали лишними. Теперь пехота могла отогнать конницу выстрелами и двинуться в атаку со штыками наперевес. Однако стратеги всё ещё не до конца доверяли новому оружию. Пикинёрские полки были упразднены к 1721 году (позже всего в России), но пики имелись на вооружении и в мушкетёрских полках, как и мушкеты в пикинёрских. Систематически это оружие продолжало использоваться до середины столетия, а эпизодически (в случае нехватки ружей) даже в начале XIX века.

Не сразу были освоены и приёмы штыкового боя. В начале XVIII века мушкетёры продолжали носить кортики или тесаки и даже пытались пользоваться ими в схватке. По шведскому уставу во время атаки первому ряду бойцов полагалось держать фузею в левой руке и шпагу в правой. Физически это было невозможно, но в армии традиционно не придают значения таким мелочам.

Русское «чудо-оружие» — мортирная батарея Нартова. На практике не могла использоваться из-за малого угла возвышения. Кстати, собрана она была из отлитых при Петре ружейных мортирок, также оказавшихся негодными.

Тем не менее ружьё со штыком постепенно утверждалось как универсальное оружие пехоты. Единообразие позволило упростить организацию полков. Фактически они снова превратились в батальоны по 900 человек с двумя или четырьмя лёгкими пушками. Более крупные подразделения — бригады, дивизии, корпуса — включали уже несколько родов войск и состояли из полков пехоты, эскадронов конницы и батарей полевой артиллерии.

Полки делились на мушкетёрские, гренадёрские и егерские. Теоретически виды пехоты различались тактикой применения: гренадёры сомкнутыми колоннами шли на прорыв, стреляя только в упор, мушкетёры, построившись в каре, встречали огнём конницу, а егеря действовали цепями на сложной местности. Практически же вся пехота имела одинаковую подготовку и сражалась так, как этого требовали обстоятельства. Отличие (кроме униформы) заключалось лишь в том, что ружья егерей были укорочены и приспособлены для более частой стрельбы.

На три вида делилась и конница, но там разница была реальной. Кирасиры, представлявшие собой цвет и гордость кавалерии, на огромных «рыцарских» конях атаковали пехоту в лоб. Быстрые гусары осуществляли охваты и преследование. Драгуны же занимали промежуточное положение. Сравнительно длинные ружья и «универсальные» сапоги позволяли им действовать и в пешем строю, хотя практиковалось спешивание очень редко.

В армиях XVIII века встречались такие странные гибриды, как конные гренадёры и конные егеря. Это была «ездящая» пехота, спешивающаяся для боя.

Важнейшим же из всего, что привнёс XVIII век в военное дело, стало появление регулярных армий. Промышленность и торговля бурно развивались, и короли серьёзно поправили финансовые дела. Теперь они имели возможность постоянно содержать многочисленное войско. Нанимать на короткий срок имело смысл только уже подготовленных солдат. Теперь же правительства нуждались лишь в новобранцах, которых можно будет вооружить и обучить. Отпускать опытных воинов было невыгодно. Военная служба независимо от того, поступали ли на неё добровольно либо попадали в результате мобилизации, стала чрезвычайно длительной: от 16 до 25 лет.

***

XVIII век — эпоха ярких мундиров. Армии умножились, боевые порядки растянулись, и теперь полководцу даже в подзорную трубу трудно было рассмотреть знамёна: лишь по оттенку камзолов он мог отличить свои войска от чужих.

Это время плывущих над полем боя облаков порохового дыма, время барабанов и свистящих ядер. Средневековье кончилось.

Что почитать?
  • Генрих Брикс «История конницы»
  • Джордж Денисон «История конницы»
  • Владимир Маркевич «Ручное огнестрельное оружие»
  • И. С. Прочко «История развития артиллерии»
  • Евгений Разин «История военного искусства»
Что посмотреть?
  • «Россия молодая» (1981)
  • «Слуга государев» (2007)
Во что поиграть?
  • «Казаки: Последний довод королей» (2002)
  • «Казаки 2: Наполеоновские войны» (2005)
Комментарии к статье
Для написания комментария к статье необходимо зарегистрироваться и авторизоваться на форуме, после чего - перейти на сайт
Артём с Днепра
№ 1
06.04.2011, 00:37
\"Ездящая пехота\" носила название \"драгуны\", если я не ошибаюсь?
В группу \"Что посмотреть\" стоит добавить фильм \"Фанфан-тюльпан\"(обе версии).
Corvinh
№ 2
08.04.2011, 19:40
\"Важнейшим же из всего, что привнёс XVIII век в военное дело, стало появление регулярных армий.\" - Регулярные армии в XVII веке окончательно оформились, в результате тридцатилетней войны, но и до этого в том или ином виде существовали.
Bad 13
№ 3
21.04.2011, 20:45
Цитата:
Тем не менее ружьё со штыком постепенно утверждалось как универсальное оружие пехоты.
Скажите спасибо Потемкину он один из первых, кто «отобрал» и у нас и в Европе у пехотинца шпагу или саблю ;)
Цитата:
Важнейшим же из всего, что привнёс XVIII век в военное дело, стало появление регулярных армий.
Ну, вообще-то французская армия, а также, если мне не изменяет память, и шведская армии были регулярными и до этого.
РАССЫЛКА
Новости МФ
Подписаться
Статьи МФ
Подписаться
Новый номер
В ПРОДАЖЕ С
24 ноября 2015
ноябрь октябрь
МФ Опрос
[последний опрос] Что вы делаете на этом старом сайте?
наши издания

Mobi.ru - экспертный сайт о цифровой технике
www.Mobi.ru

Сайт журнала «Мир фантастики» — крупнейшего периодического издания в России, посвященного фэнтези и фантастике во всех проявлениях.

© 1997-2013 ООО «Игромедиа».
Воспроизведение материалов с данного сайта возможно с разрешения редакции Сайт оптимизирован под разрешение 1024х768.
Поиск Войти Зарегистрироваться