Google+
НЕВЕСОМОСТЬ ИНТЕРВЬЮ: ТИМ БЁРТОН DARK SUN НА ЗЛОБУ ДНЯ. ЧЁРТОВА ДЮЖИНА СТРАШИЛОК
Версия для печатиНа злобу дня: Чёртова дюжина страшилок про издательский бизнес
Кратко о статье: Вера Камша и Леонид Шкурович о вечных страхах молодых талантливых фантастов.

Чёртова дюжина страшилок

Интервью с вампиром издателем

От редакции

На почту «Мира фантастики» частенько приходят письма, в которых начинающие авторы сетуют, что издатели — сущие звери, и куда ни неси любовно написанный текст, всё равно с ним непременно случится что-то нехорошее. Если не выкинут в корзину сразу, значит, завернут после прочтения, ибо «неформат». А если и решат напечатать, то непременно надуют или при заключении договора («и не будет у меня больше прав на мой роман, а я ведь писал его целых два месяца!»), или при выплате авторских («выдадут половину, а половину в свой карман»). Устав отвечать за издателей, да и за авторов тоже, редакция «МФ» решила пригласить в гости двух представителей этих прекрасных профессий и выдать им список самых жутких бук-страшилок. Пусть писатель нападает, а издатель обороняется, верно? А мы посидим, послушаем и всё запишем.

В ипостаси нападающего-писателя у нас сегодня выступает совсем не нуждающаяся в представлениях Вера Камша (В.К.), а отдувается за всех издателей разом Леонид Шкурович (Л.Ш.), директор отдела фантастики крупнейшего российского издательства «Эксмо».

Люди обожают пугать себе подобных. Начинается с серенького волчка и дяди милиционера, а дальше к нашим услугам — злобные маньяки, свиные вирусы, глобальное потепление, озоновая дыра и прочие прелести. Это страшилки, так сказать, общего действия, ими пугают всех, кроме специалистов, знающих, каков данный чёрт на самом деле и чем он отличается от того, что малюет коллективное бессознательное телевизорсмотрящее. И пусть бы его, но, кроме страшилок широкого применения, существуют и узконаправленные. Эти, как правило, двуглавы. Одна голова отгоняет наивных от облюбованного города (там же экология!), института (туда же берут только «блатных»!), специальности (она же умирает!). Другая оправдывает личные неудачи вселенской несправедливостью и всё тем же тотальным «блатом». Есть страшилки научные, управленческие, коммерческие... Мы же поговорим о литературно-фантастических. В пугательной ипостаси они отвращают от писательства. В оправдательной объясняют, почему В. Пупкин не стал пятым Перумовым, а Н. Бобкина — шестой Семёновой.


Пророчески-пессимистические буки

Этот мир склеп.
Арамис, пока ещё не иезуит

Мы все умрём. Но не сегодня.
Неизвестный оптимист

В.К.: Начнём с самого страшного. Книгоиздание умирает! Ибо кризис, пираты и вообще читать народ не желает.

Л.Ш.: Всё в этой страшилке — почти правильно. Не надо иллюзий: кризис стукнул по всем, и по издателям тоже. Длина книжных полок на просторах бывшего СССР сократилась. Сеть «Букберри» обанкротилась с зависшими многомиллионными долгами. Экономические и политические катаклизмы на Украине резко снизили ёмкость украинского рынка. Ещё недавно самый крупный розничный оператор рынка «Топ-Книга», имевшая чуть ли не 700 книжных магазинов почти повсеместно, закрыла 200 магазинов, хронически сбоит по платежам, и продавать стала из рук вон плохо и мало, потеряв в 2009 году 30% от оборота. И уже совсем не выглядит явным лидером, продолжая стремительно терять позиции. Естественно, это отнюдь не полный список потерь и банкротств. Подкис и финансовый рынок — мало того, что кредиты значительно подорожали, их ещё и стало намного сложнее получить, а и ритейлеры, и издатели, как ни крути, частенько кредитными инструментами пользовались, причём некоторые весьма активно. Сейчас такая возможность обходится дороже и мучительнее.

Но кому ледниковый период — вымирание, а кому — эволюция. Те книжные сети и магазины, коих изобретение антикризисных схем не до конца отвлекло от основной деятельности, живы. Те, кто в период кризиса стал больше заботиться об интересах покупателей, тщательнее относиться к открытию новых и развитию существующих книжных магазинов, вдумчивее подбирать ассортимент, укрепились и выросли. И такие крайне радостные примеры есть и в Москве, и в Питере, и в Екатеринбурге, и в Ростове, и в Омске, и в Новосибирске и ещё много где (см. карту Родины чудесной).

Для меня очевидными фаворитами кризисного 2009-го стали московские супермагазины «Библиоглобус», «Москва», «Молодая гвардия», «Московский Дом книги» и федеральная книготорговая сеть «Новый Книжный—Буквоед—Читай-Город», сильно прибавившая и в столицах, и, что особенно приятно и ценно, в регионах.

В.К.: Значит то, что останется после кризиса, доедят пираты.

Л.Ш.: Всё не съедят. Одни подавятся, другие цивилизуются. Что делают пираты, резвящиеся в книжном море? Снабжают любителей халявного чтения этой самой халявой. Я бы выделил здесь ключевые слова «любителей чтения». А это совсем неплохо звучит! И сразу переводит страшных пиратов в союзников издателей.

Пирату без издателя никуда — где он будет брать «контент для халявы», если издатели не договорятся с авторами, не выплатят гонораров, не купят права, не закажут и не оплатят профессионально сделанный перевод? Стихийные литературные сетевые процессы без солидной бумажной альтернативы очень скоро «достанут» всех участников — и пишущих, и читающих.

А раз пираты и издатели друг другу нужны, неминуема коррекция правового поля, неизбежна интеграция, неотвратимо изменение бизнес-моделей, возможно, существенное, причём в ближайшее время. Исследования показали, что у нас наиболее активно читают с экранов те, кто бумажную книгу всё равно вряд ли купит, а если купит, то не всякую, и эту «не всякую» надо как-то найти. Вот и пусть ищут в безграничных просторах всемирной паутины.

В.К.: Кризис не доел, пират не утопил, но бумажная книга всё равно вымирает. Винил себя изжил, и бумага изживёт.

Л.Ш.: Бумажные книги ещё долго будут актуальны, даже если вынести за скобки подарочные издания и полиграфические шедевры, которым уж точно ничего не грозит. Другое дело, что эпоха активного чтения с гаджетов обязательно наступит. Отрицать это бессмысленно, а для издателя ещё и самоубийственно. Вопрос в том, когда это произойдёт и как к этому готовиться. Пока наш читатель настроен консервативно: лишь 6% россиян от 12 до 45 лет при анкетировании ответили, что им удобнее и приятнее читать с экрана или вообще безразлично, с какого носителя читать.

В Штатах данный процент раза в четыре выше, но катаклизма в традиционном книгоиздании не наступает и там. Да, количество проданных бумажных экземпляров в США в последние годы не растёт, но и не падает. И с экранами там нет особых проблем, только читают с них в основном... легальные файлы и по довольно высоким ценам. По-нашему, по бешеным. Выложить 5-10 баксов за электронную книгу на западе в порядке вещей! То есть, выходит, они читают больше, чем во времена безальтернативного бумажного книжного изобилия! А чем мы хуже?


Вывод: Будем жить и читать. За деньги. А книга — лучший подарок. И всё равно немножечко страшно! Только это повод не скисать, а барахтаться с утроенной силой.

Красные буки

В зоопарке тигру не докладывают мяса!
Пока не поздно, спасайте хищника!

Попугай-разоблачитель

Тёмные силы нас злобно гнетут!
Неизвестный обитатель Мордора

Революционные буки вопят, пожалуй, громче всех. Об эксплуатации человека-автора, особенно молодого и без «блата», человеком-издателем. Эксплуатируемые получают копеечные гонорары, знать не зная, сколь коротко их стригут. Ставка дебютанта за книгу — 15000 рублей, но и это не всё! Посылая рукопись в издательство, вы рискуете получить отказ, а через месяц увидеть своё выстраданное на прилавке. Под другим названием и с чужим именем на обложке. А жульничество с тиражами, о котором написала сама Маринина! Ставят пять тысяч, а печатают сто, обкрадывая не только государство, что есть правильно и справедливо, но и автора...

В.К.: Короче, обидно. Где мои истинные тиражи? Где мои недодаденные миллионы?!

Л.Ш.: Ну вот! Теперь от намёков и упрёков перешли к прямым обвинениям, приняв сторону самых невежественных участников книжного рынка и подняв на щит наиболее дремучие мифы. Их и развенчивать-то неудобно. Всё равно что ни с того, ни с сего выйти на площадь и закричать, что не продавал я Аляску, не брал золото Колчака, не перепрятывал золото партии, не грел руки на приватизации... Да, на всякий случай, кровь невинных младенцев я тоже не пил.

В.К.: Ну хоть признайтесь, что писателей эксплуатируете!

Л.Ш.: Вовсю. Нагло и цинично пользуюсь вашим трудом и талантом, делая на этом «свой бизнес». А в схожих бизнесах режиссёры и владельцы кинотеатров изнуряют операторов, сценаристов, актёров и создателей спецэффектов; звукозаписывающие компании и владельцы концертных площадок обирают музыкантов; владельцы рекламных агентств греют руки на гениях копирайтеров и дизайнеров... Все мы, продавая свои силы, время и способности, кем-то да эксплуатируемся.

В.К.: Так издатель эксплуататор или эксплуатируемый?

Л.Ш.: С какой стороны посмотреть. Нет, если нужно, я готов войти в роль «начайника», наживающегося на самоотверженном труде Равшана и Джумшута. Но вот вас, дорогие мои авторы, в роли доблестных таджикских гастарбайтеров никак не вижу.

В.К.: И почему же?

Л.Ш.: Хотя бы потому, что вы способны быть не только писателями, но и читателями. И читать предлагаемые договоры, а договоры эти должны быть составлены в строгом соответствии с требованиями законодательства РФ, в противном случае они подлежат расторжению. Увы нам, эксплуататорам, но закон приоритетно защищает права лицензиара (того, кто права передаёт) от недобросовестности лицензиата (того, кто эти права стремится заполучить). Потенциальный автор может сразу же оценить, на что ему следует рассчитывать в случае тиражного успеха или неуспеха, и решить — принимать предлагаемые условия или отказаться от них и, соответственно, от публикации.

В.К.: Всё равно вы бессовестно покупаете бессонные ночи и «пламень сердца» за жалкие пятнадцать тысяч!

Л.Ш.: Смотря какой пламень, какого сердца и в каком издательстве. «Эксмо» при положительном решении о публикации предлагает в разы больше упомянутой суммы. Плюс реальная перспектива фиксированных отчислений от выручки за тираж, если книга «пойдёт». Авторов у нас не стригут, а вступают с ними в совершенно прозрачные имущественно-правовые отношения, задавая тем самым стандарты взаимодействия для всей отрасли. Если наши коллеги-конкуренты им не соответствуют, то лично мне не очень понятно, что движет гениальными, но непрактичными авторами, с этими издателями сотрудничающими.

В.К.: Мы, авторы, не любим лишних условий. Что ещё за странная оговорка «если книга пойдёт»?

Л.Ш.: Значит, будет достаточно успешно продаваться, и, стало быть — переиздаваться, принося с каждого переиздания автору оговоренные в договоре дивиденды. Если же книга не пойдёт, автор, фактически, ничем не рискует.

В.К.: А что будет с автором, если книга «не пойдёт»?

Л.Ш.: С автором ничего не будет, а вот издательство понесёт убытки. Кроме авторского гонорара, стоимости допечатной подготовки, художественного оформления и производства книги, приходится тратиться на транспортировку из типографий, складирование, предпродажную подготовку и доставку до точки продаж, арендные платежи за издательские и складские объекты, зарплату персонала, включая сотрудников редакции (ряд авторов считает, что это напрасная статья расходов), дистрибуцию, IT-службу, бухгалтерию, АХО, маркетинг с рекламой (ещё одни знаменитые дармоеды) и даже, как это ни смешно, службу безопасности. Набегает прилично. Если учесть налоги, а мы их исправно платим, остается меньше 10% прибыли. Это в случае успешных продаж, а ведь бывает, книга, несмотря на все усилия, не идёт, хоть тресни. Так не идёт, что не получается даже вернуть затраченные на неё деньги. И это нам — крупнейшему российскому издательству, имеющему продуктивные отношения со всеми эффективными каналами продаж! А что же тогда говорить об издательствах поменьше? Для них и 15000 рублей, выплаченных авансом, — подвиг, особенно с учётом того, что свои денежки от розницы они получат не раньше, чем через 8-9 месяцев.

В.К.: И всё равно издательский бизнес стоит на авторской черепахе. Разве не справедливо базису платить больше, а надстройке меньше?

Л.Ш.: Кто-то спорит? Но согласитесь, что надстройка долго не протянет, если не сможет компенсировать свои затраты. А что касается распределения прибыли, то у нас в «Эксмо» и по бизнес-модели, и на практике, на долю авторов совокупно приходится больше, чем на собственников издательства. В первую очередь из выручки выплачиваются авторские гонорары, и лишь потом закрываются обязательства перед поставщиками материалов и услуг и зарплата персонала. Так что, господа авторы, нужно не страдать и обижаться, а внимательно читать договор и объективно оценивать репутацию издательства и собственный потенциал. Если вы талантливы и знаете, что хотят читатели, непременно пробьётесь: ваши книги будут хорошо продаваться, а, значит, и издатель будет вас не стричь, а причёсывать и вкусно кормить (если он, конечно, не полный идиот). Если вы талантливы и успешны, а ваш издатель при этом полный идиот, то... сами сообразите, что делать.

В.К.: Однако, говорят, на Западе издательства платят гонорары в сотни раз больше. Каким же это образом у них «там» получается, а у нас в России — нет?

Л.Ш.: Среди западных авторов живёт на гонорары не более 3-5%. Таких богачей, как Джоан Ролинг и Стивен Кинг, — единицы, ещё несколько десятков — миллионеры, а сотне более или менее хватает на жизнь.

Если говорить конкретно о США, то там за год в коммерческих издательствах (любительское, а также специфическое учебно-научное книгоиздание я не считаю) публикуются почти 4000 авторов. Из них не ищут побочного заработка, только придумывают, пишут и презентуют свои книги 100-120 человек. Остальные 97-98%, чтобы заработать на хлеб насущный, занимаются всем, чем угодно, — от уборки улиц и вождения грузовика до работы в ЦРУ и преподавания в университетах.

Я думаю, ни для кого не секрет, что и у нас есть авторы, которые весьма солидно даже по международным меркам зарабатывают именно писательским трудом.

В.К.: Осталось выяснить насчёт махинаций с подменой имени автора и цифры тиража.

Л.Ш.: Лично мне неизвестны реальные случаи, когда отвергнутая издательством книга появлялась на прилавках под другим именем. Это как раз вариант, когда издатель должен быть полным идиотом. Но очень недолго — закон РФ позволяет (особенно в случае осознанных и злонамеренных действий) оставить данного деятеля без штанов, навсегда испортив ему репутацию.

Что касается жульничества с тиражами, о котором писала Маринина, то надо помнить, что писала она об этом безобразии в детективном романе. Изобретательно, убедительно и талантливо. Настолько, что многие читатели, не задумываясь, приняли хитросплетения детективной интриги за чистую монету, и даже сейчас, по прошествии почти 15 лет продолжают обращаться к тексту книги, как к официальному документу. Безусловно, Маринину сложившаяся тогда на книжном рынке ситуация задела за живое: известность и слава уже вроде пришли, но в силу консерватизма и инерционности рынка книги авторов-женщин всё ещё раскупались ощутимо хуже, чем мужчин. Как тут не предположить, что издатели искусственно занижают тиражи? И не излить досаду в новом романе со всей страстью истинного таланта?

Могу сказать, что нашему издательству уже много лет работается с Александрой Марининой очень хорошо и легко. Только что вышла ее трилогия «Взгляд из вечности», суммарным тиражом почти в миллион экземпляров, и продается отлично — любой мужчина позавидует.

Вывод: Считать деньги в чужих карманах — дурной тон. Кроме того, это не способствует личному обогащению. Работать, господа писатели, работать! Выполнять и перевыполнять! И тогда догоним и перегоним.

Гениальные и непонятые буки

В тебе, о морская пучина,
Погибнет роскошный мужчина,
Который сидел на песке
В своей непонятной тоске!

Неизвестный гот из г. Анапа

Такой кузнец нам не нужен!
Приписывается графу Калиостро

«Отринь надежду, всяк талантливый и высокоинтеллектуальный! — предупреждают буки. — Тебя не напечатают, ибо пишешь ты неформат. Издателям нужно то, что лопает примитивный и жалкий «пипл». Шедевр, что не вписывается ни в одну из их презренных серий, будет вышвырнут на помойку!» Грустно. Страшно. Обидно.

Но это только одна сторона проблемы. А есть еще и вторая. Вспомним, на дворе капитализм. Спрос рождает предложение. Получается, все читатели хотят, образно выражаясь, лопать сосиску и только сосиску? Но это же неправда! Кому-то и суп подавай, и компот, и, страшно вымолвить, консоме с омарами и элитным виски. Значит, «книжных гурманов» так мало, что об их потребностях никто уже и не думает?

В.К.: Леонид Владиленович, вы в самом деле предпочитаете таланту коммерческую писанину, а «высокая литература» и приличные тиражи — вещи несовместные?

Л.Ш.: Как один из ведущих сотрудников крупнейшего издательства я предпочитаю книги, которые будут позитивно восприняты читателями (покупателями). Нет тут никакого противоречия и с моими читательскими приоритетами — как правило, наиболее интересные и талантливые книги оказываются и коммерчески наиболее успешными.

В.К.: Вы так мило уходите от ответа, но назовите всё же кошку кошкой! Издатели любят именно формат.

Л.Ш.: Не вижу ничего удивительного в том, что большинство издателей предпочитает иметь дело с понятными в смысле адресации текстами. Эти тексты, если угодно, назовем их «форматом» (я вкладываю в это слово иное значение), хорошо упаковываются в серии, хотя можно без серии и обойтись. Главное, что при их издании ориентируешься на потребности, предпочтения и привычки хорошо изученной, почти родной Целевой Аудитории. Понятен ценник будущей книги, а значит, ясно, какую бумагу и полиграфию можно себе позволить, насколько страшные физиономии и какого размера бронелифчики водрузить на обложку, чтобы книга бойчее раскупалась. Не надо мучить себя и других поиском инновационных решений при написании аннотаций и рекламных текстов — можно воспользоваться давно отшлифованными и апробированными шаблонами.

Подобный подход к формированию издательской программы, назовем её по-ленински «программой минимум», хотя и не приносит сенсационного успеха, гарантированно позволяет держаться на плаву, что в наше время уже неплохо. А там чем чёрт не шутит: глядишь, что-то да выстрелит. И ведь выстреливает, но это уже основа для «программы максимум». Неформатный ледокол, снимающий «сливки» и торящий путь для будущего форматного каравана.

В.К.: В таком случае, почему бы сразу не ориентироваться на ледоколы? Некоторые издатели так и делают. В Сети регулярно появляются объявления, приглашающие к сотрудничеству авторов неформата.

Л.Ш.: А вы как-нибудь возьмите и отследите, чем обернётся какой-нибудь конкретный призыв. Много времени это не займёт, всё происходит стремительно и стандартно. На старте — страстные речи о том, как идиоты, чтобы быстро набить карманы, печатают полную ерунду, от своего дурновкусия игнорируя отличную литературу. И зря, ибо толпы интеллектуалов, смертельно уставшие от низкопробных боевиков и занудной эльфятины, жаждут умного и изящного.

Собирается какое-то количество этого «изящно-умного», и в локальной тусовке начинается кукушино-петушиное восхваление с противопоставлением низкопробному чтиву. Редактор-издатель-создатель проекта купается в лучах славы, авторы высоколитературных шедевров млеют от предвкушения кто гонораров, кто литературных премий, шедевры выходят, и... И ничего. Зато при первых же неизбежных симптомах рыночной неудачи резко меняется издательская политика. На затык финансовых дыр бросается самый разухабистый «формат», на поверку оказывающийся невообразимой графоманией. И опять — ничего. Голых эльфов на звездолётах берут немногим лучше высоколитературных трактовок выеденного яйца. Финиш. Шедевры вместе с бронеэльфами массово поступают на помойки «всё по 20-30-40 рублей», издатель либо удирает от кредиторов, либо рычит на попавшихся ему бездарных графоманов. Графоманы, то есть, конечно же, гении, мечут громы и молнии в запоровшего их шедевры издателя...

А в это время на другом ресурсе очередной создатель очередного проекта приступает к поиску очередных лохов, которые поведутся на то, что он, дескать, проанализировал все ошибки и знает кратчайший путь к благородному издательскому успеху на ниве интеллектуального неформата. Повторить сорок раз.

В.К.: Вы обмолвились, что ваше понимание «формата» отличается от общепринятого. Можно подробней?

Л.Ш.: Я полагаю подлежащим изданию «форматом» всё, что написано бойко, интересно, с сюжетом, за развитием которого хочется следить, с героями, которых любишь или ненавидишь, и уж точно помнишь и ждёшь. В качестве принципов приготовления такого книжного блюда годится любой, даже самый странный рецепт. Сосиска с соусом из омаров и с гарниром из молодой спаржи может стать украшением изысканной трапезы, но только при соблюдении ряда условий:

  • во-первых, она должна быть приготовлена из честного свежего мяса, да и остальные ингредиенты должны быть не муляжами, а деликатесами, добавленными в меру и со знанием дела;
  • во-вторых, она должна быть как минимум не хуже такой же честной сосиски с честным соусом Heinz и честной кислой капустой. Иначе затея теряет всякий смысл и превращается в кулинарную (литературную) эклектику, выпендрёж ради выпендрёжа.

К сожалению, к интеллектуальному и высоколитературному с отчаянным упорством и простоватым лукавством относят именно что несуразные нагромождения из банального (а то и отсутствующего) сюжета, пособия по психиатрии, философии второй свежести, религиозной эклектики, филологических экспериментов и личных счётов. Естественно, рационально мыслящие издатели отказываются продавать подобные сомнительные лакомства. Но с радостью включают в свои «меню» блюда и целые торжественные обеды от «по-мишленовски-гурманских» авторов, легко и непринуждённо избегающих пресловутой «форматности», смело экспериментирующих и при этом идущих на «ура», как в сериях, так и вне их, оставаясь при этом изысканно-интеллектуальными, стильными, замеченными и востребованными.

Вот к чему следует стремиться, не тратя время и нервы на бесплотные битвы с невежеством «пипла», интригами коллег по цеху и тупостью издателей. Только, боюсь, совет стать талантливым и независтливым до вашего буки не дойдёт, он и дальше будет плакать и пытаться бодаться.

Вывод: Будьте проще, и к вам потянутся. Король ты там или не король, но идти голым по городу — это не формат. И не комильфо.

Бука лучшей половины человечества

Корнет, вы женщина?
М. И. Кутузов-Ильинский

Как же, как же, я имел удовольствие встретиться с этим молодым человеком на Патриарших прудах. Он едва самого меня не свёл с ума, доказывая, что меня нету!
Профессор Воланд

Эти буки вынудили меня рвануть к зеркалу. Не в смысле проверить причёску, а в смысле убедиться, что я есть, а вот усов у меня нет. Усов не обнаружилось. Полезла в Сеть. Нет, всё верно. Не Марий Семёнов, а Мария Семёнова, не Оксан Панкеев, а Оксана Панкеева, не Анастас Парфёнов, а Анастасия Парфёнова. Оглянулась на бук, буки, упёршись рогом, мычали, что женщину-фантаста могут напечатать только под псевдонимом… да и то вряд ли.

В.К.: Издатель женщинами брезгует, читатель женщинами брезгует и вообще женщина писать фантастику и фэнтези не может.

Л.Ш.: Этого я и боялся. Думал поговорить о книжках, хороших и разных, и вот те на. Острейший гендерный вопрос. Хорошо, сейчас приму одну из дюжины известных мне политкорректных поз.

Основы «женоненавистничества в фантастике» заложили американские отцы-основатели на самом старте самоопределения жанра. Гарри Гаррисон во время визита в Россию в 1996 году хвастался, как на первых фантастических американских послевоенных сборищах (прообраз наших конвентов) они с Ван-Вогтом, Кэмпбеллом, Фредериком Полом, и как бы не с самим Азимовым, весело пьянствуя, сочиняли шутливый устав будущей Ассоциации научной фантастики. Тогда ещё не классики решили пускать туда пишущих исключительно по-английски, не-женщин и не-негров. Сказано — не сделано. Напрочь позабыв о «чистоте рядов», мужчины-шовинисты бодро напринимали в свою тусовку молодых и, наверное, тогда вполне симпатичных Нортон, Маккефри, Ле Гуин...

Это о писателях. Издатели же уставов не пишут и даже не читают. Нам важно, чтобы книги раскупались. Соответственно, мы не мучаем ни себя, ни авторов проблемами смены пола и поиска псевдонима и с удовольствием издаём тех, кого хотят читать, а читать хотят Людмилу Астахову, Марию Гинзбург, Веру Камшу, Наталью Метелеву, Людмилу Минич, Наталью Осояну, Элеонору Раткевич, Наталью Резанову: это если говорить о тех, с кем работает «Эксмо». А читатели «Армады», к примеру, жаждут Громыко, Иванову, Малиновскую, Панкееву, Первухину, Парфёнову, Устименко, Шумскую. Естественно, издатели стараются удовлетворить спрос.

А теперь я с вашего разрешения перейду на казённый язык:

Первое. В поступающих на рассмотрение в издательства дебютных фантастических текстах крупной и средней формы пока превалируют тексты авторов-мужчин;

Второе. Отбором книг в редакциях фантастики традиционно занимаются почти исключительно редакторы-мужчины, которые не всегда способны точно и своевременно уловить пожелания женской читательской аудитории.

Два этих фактора пока несколько ограничивают «равенство полов» на рынке фантастики. Но есть ещё два!

Третье. Доля женщин среди покупателей книг — почти 70%, и это знает каждый профессионал книжного рынка. До недавнего времени бытовало заблуждение о том, что в фантастике всё наоборот, так как мужчины-фэны вели себя намного активнее, создавая иллюзию подавляющего большинства. Сейчас благодаря регулярным маркетинговым исследованиям стало ясно, что доля читательниц фантастики растёт, и вместе с этим растёт спрос на произведения авторов-женщин, что должно способствовать и росту числа «женских» дебютов;

Четвёртое. Издательства внимательнейшим образом отслеживают тренды спроса, и при отборе материала для публикации сегодня рассматривают тексты авторов-женщин в режиме наибольшего благоприятствования. Всё идёт к тому, что в ближайшие пару лет книги авторов-женщин составят 35-40% от общего числа наименований фантастики и фэнтези. Это, конечно, не 50/50, но существенный рывок к достижению «справедливого» соотношения.

Вывод: «А ну-ка девушки, а ну красавицы, пускай читает нас страна...» Дамским букам пора на шефнеровские Луга Милосердия. На пенсию. Жевать и помалкивать.

Мораль

Мы показали вам драму «Пиф-паф!»
Охотник и Заяц, кто прав, кто не прав?
Лысый талант


Конечно, у издателей, писателей успешных и писателей неуспешных (пока или навсегда) разные колокольни, соответственно, и буки с них выглядят не одинаково, но в одном с Леонидом Шкуровичем не поспоришь: множество людей всё ещё хочет читать. Часть этого множества готова за это платить. Те, кто платит деньги, хочет читать то, что нравится им, а не чужому дяде, школьному учебнику, нобелевскому комитету и сетевому гению. Соответственно, издатель будет ориентироваться на читательский спрос, из чего и следует исходить. А спрос и читательская любовь возникают всё же не на ровном месте. И вообще, как сказал один действительно умный король, «никакие связи не помогут тебе сделать ножку маленькой, душу — большой, а сердце — справедливым».

Комментарии к статье
Для написания комментария к статье необходимо зарегистрироваться и авторизоваться на форуме, после чего - перейти на сайт
Katja
№ 1
05.08.2010, 13:21
Эксмо не любит, когда авторы в произведениях сводят личные счёты? Точно знаю, что один из хорошо издаваемых авторов Эксмо очень любит сводить в своих книжках личные счёты и даже сам в этом скромно признаётся в сети.
А уж это вечное бла-бла, что дескать талантливый автор всё равно пробьётся. Пробивная способность не является показателем таланта. Чаще даже наоборот. На СИ годами лежат очень хорошие вещи, к тому же активно читаемые, но вот на бумаге их не издают. А Эксмо издаёт массу бездарных авторов, пишущих вещи с банальными сюжетами, непродуманные, плохо выстроенные, с идеями, не стоящими ломаного гроша. Дерьмо остаётся дерьмом независимо от формата.
Хомяк
№ 2
30.08.2010, 10:24
Цитата:
Точно знаю, что один из хорошо издаваемых авторов Эксмо очень любит сводить в своих книжках личные счёты и даже сам в этом скромно признаётся в сети.
Лукьяненко? Ему положено.
Цитата:
А уж это вечное бла-бла, что дескать талантливый автор всё равно пробьётся. Пробивная способность не является показателем таланта. Чаще даже наоборот. На СИ годами лежат очень хорошие вещи, к тому же активно читаемые, но вот на бумаге их не издают. А Эксмо издаёт массу бездарных авторов, пишущих вещи с банальными сюжетами, непродуманные, плохо выстроенные, с идеями, не стоящими ломаного гроша.
Это очень похоже на нытье сверхгениального писателя, которого не заценили по совести.
Приведи мне подобную "сверхгениальую" вещь с СИ. Интерестно для сравнения.
Katja
№ 3
03.09.2010, 11:52
Ему положено.Ух ты! А ещё кому положено?
Это очень похоже на нытье сверхгениального писателя, которого не заценили по совести.
А это похоже на привычку клеить ярлыки тем, кто мыслит иначе. Мелко и пошловато. НЕ надо забывать, что тут может высказаться не только тот чукча, который писатель, но и тот, который читатель.
Приведи мне подобную "сверхгениальую" вещь с СИ. Интересно для сравнения.Интересно? Да хотя бы "Школа в Кармартене" Коростелёвой.

Так и не получилось процитировать, но ничего, админы уберут лишний пост.
Спасибо, что не разочаровали. Ждала примерно такой реакции. Знакомые авторы говорили мне, что могущественные издатели очень любят унижать неизданных авторов такими вот ярлыками "ноющий непризнаный гений". Я рада, что вы так уверены в таланте издаваемых вами писателей и своей провоте по части оценки авторов вообще. Желаю дальнейшего процветания.

Последний раз редактировалось Медея; 08.09.2010 в 23:14. Причина: даблпост
РАССЫЛКА
Новости МФ
Подписаться
Статьи МФ
Подписаться
Новый номер
В ПРОДАЖЕ С
24 ноября 2015
ноябрь октябрь
МФ Опрос
[последний опрос] Что вы делаете на этом старом сайте?
наши издания

Mobi.ru - экспертный сайт о цифровой технике
www.Mobi.ru

Сайт журнала «Мир фантастики» — крупнейшего периодического издания в России, посвященного фэнтези и фантастике во всех проявлениях.

© 1997-2013 ООО «Игромедиа».
Воспроизведение материалов с данного сайта возможно с разрешения редакции Сайт оптимизирован под разрешение 1024х768.
Поиск Войти Зарегистрироваться