Google+
Симбионты Мир Алексея Пехова: Хроники Сиалы Вселенная The Elder Scrolls ABERCROMBIE
Версия для печатиЖанры: Жанры. Фантастика и религия
Кратко о статье: Верить в сверхъестественные силы — одно из свойств человека. А фантастам ничто человеческое не чуждо. О том, как преломляются боги и религии в фантастических произведениях — жанровая статья Бориса Невского.

Боги и звездолеты

Религия в фантастике

Бог умер!

Фридрих Ницше

Они верят. И счастливы.

Джордж Мартин, «Крест и Дракон»

Для фантастов, особенно в США, религия долгое время была сродни сексу, находясь под негласным запретом. Все изменилось после ядерного пламени над Хиросимой и Нагасаки. Ранее лишь Господь мог позволить себе роскошь одним махом уничтожить целые города. Однако в деле массового убийства люди наконец сравнялись с богом. А как насчет всего остального?

Когда-то Айзек Азимов заявил, что фантастику пишут атеисты. Конечно, был Клайв Льюис, чьи тексты насыщены религиозной символикой, а в фэнтези боги вообще встречаются на каждом шагу. Хотя подавляющее большинство произведений о богах относятся к фантастике мифологической, где многочисленные пантеоны вовсе не означают присутствия Господа... Так существует ли подлинно религиозная фантастика?

Немного философии

В фантастике, герои которой не только с упоением занимаются членовредительством, но еще мыслят и чувствуют, есть внутреннее содержание, которое условно можно назвать «философией». Что такое человек? В чем смысл жизни? И вообще, ради чего существует Вселенная? Вечные вопросы, от которых до поиска бога рукой подать.

Спектр религиозно-морально-этико-философской фантастики невероятно широк. От «Божественной комедии» Данте и «Потерянного Рая» Д. Мильтона до «Мастера и Маргариты» М. Булгакова и «Отягощенных злом» А. и Б. Стругацких. И далее, и далее, и далее... Поэтому в нашем обзоре мы уделим внимание лишь произведениям, которые укладываются в привычные схемы НФ и фэнтези.

Рыцари именем Его

Подлинной религиозно-клерикальной фантастики не так уж много. Речь идет о произведениях, авторы которых в прямой или аллегорической форме пытаются изложить существующие религиозные и церковные догматы, как правило, христианские. Пожалуй, наиболее известные и талантливые произведения христианской фантастики — циклы Клайва С. Льюиса «Хроники Нарнии» и «Космическая трилогия», а также его повесть «Письма Баламута» (подробнее — в «МФ» №29, январь 2006).

Из более современного христианского фэнтези можно вспомнить цикл Кристофера Сташеффа про Мага-стихотворца, чья основополагающая идея — противопоставление божественного христианского Добра и сатанинского Зла. И никаких полутонов! Нельзя быть хорошим, если ты не с богом.

Относительно нескучная мораль.

Есть, конечно, и клинический догматизм, который проявляется, например, в выступлениях ряда церковников против Гарри Поттера. Из книг здесь стоит помянуть недавний роман Никоса Зерваса «Дети против волшебников», в котором приверженность устоям веры доходит до идиотизма.

Главный недостаток таких произведений — в боязни отступить даже на миллиметр от существующих религиозных канонов. Сомнение в Великих Истинах авторами традиционной религиозной фантастики не приветствуется, попытка непредвзятого анализа отметается с ходу как ересь. Вот слово божье, вот священные книги, что еще надо для счастья? Остальное — от лукавого!

Наглядный пример добропорядочного православного фэнтези — недавний отечественный мультфильм «Князь Владимир». В шикарно красивую обертку вложено «житие святых» с главенствующей идеей — чудеса могут быть лишь с небес. А магия — удел нечестивцев и идолопоклонников.

Святой супротив окаянной магии.

Такой подход отталкивает искренне верующих, но мыслящих фантастов, чья сверхзадача — не простое вдалбливание традиционных ценностей в духе воскресной проповеди. Верующие писатели-мыслители не пытаются за ручку привести кого-либо к райским вратам, а надеются подвигнуть читателя к самостоятельному поиску Господа. Именно по этой каменистой дороге, следуя заветам великого остроумца и мыслителя-христианина Г. К. Честертона, пошел Джон Р. Р. Толкин во «Властелине Колец». Профессор прямо называл свой роман «католической» книгой, что не помешало ему при создании мира Средиземья активно использовать дохристианскую мифологию и магию, вовсе не порицая их. Отправился за Толкином и Гай Гэвриел Кей («Гобелены Фьоновара»).

Еще один яркий представитель «мыслящего» крыла религиозной фантастики — убежденный мормон Орсон Скотт Кард. Его великолепный «Голос Тех, Кого Нет» — не просто история о встрече чуждых разумов, но и блестящее размышление о вере, терпимости, искуплении и милосердии. Фэнтезийный цикл Карда о Мастере Элвине более традиционен, в метафорической форме изображая борьбу Бога и Дьявола.

Заступники, милостивцы...

Если авторы религиозной фантастики делают упор на пропаганде традиционных ценностей и догматов, то цель фантастов-клерикалов — возвеличивание церкви как главной опоры человечества. Самый известный роман клерикальной НФ — «Страсти по Лейбовицу» Уолтера Миллера, где показан мир после ядерной войны, коим жестко, но справедливо управляет церковь. А в православном фэнтези «Анафема» Сергея Чекмаева единственное спасение для России, страдающей от моральной деградации и дьявольских происков, — новые инквизиторы, которые словом божьим и большими «пушками» упокоят навеки любую нечисть.

Несколько лет назад в России выделилась группа авторов так называемой сакральной фантастики. Поначалу речь шла об ответвлении мистической фантастики, авторы которого ставят бога в центр мироздания и не видят во вмешательстве потусторонних сил в нашу действительность ничего невероятного. Затем «сакральные фантасты» разделились на христианское (православное) и «пестрое» (мистическое) течения. Самые яркие авторы сакральной фантастики — ее основатели Д. Володихин, М. Галина, О. Елисеева, Н. Иртенева, и примкнувшие к ним Е. Хаецкая, Д. Трускиновская, В. Каплан, С. Кизюков.

В поисках истины

Еще один пласт околорелигиозной фантастики — писания людей, в принципе почти верующих, но сомневающихся. Условно назовем их книги агностической фантастикой. Если не влезать в философские дебри, то агностики, в принципе допуская существование бога как высшей силы, отрицают возможность его истинного познания человеком. Дескать, бог, возможно, есть, но люди просто не способны уяснить его природу, а значит, любая религия и церковь — чисто человеческие изобретения.

Основные темы агностической фантастики — кризис религиозного сознания, показ несостоятельности церковных догматов и ортодоксального мышления перед морально-этическими нормами настоящей веры, обретение бога путем самосовершенствования и самопознания. Главная идея агностической фантастики — мир, где есть вера и бог (пусть и абсолютно непохожие на то, какими видят их мировые религии), все же лучше реальности, где торжествует безграничный атеизм.

Заметное место занимает роман Джеймса Блиша «Дело совести». Взгляды писателя балансируют на грани между агностицизмом и умеренным атеизмом. По его мнению, ортодоксальное христианство играет негативную роль при развитии современной интеллектуальной цивилизации: герой-священник искренне убежден, что чужая раса — порождение дьявола, и посему должна быть уничтожена.

Верить — не значит бояться!

Мэри Дориа Расселл в романах «Птица малая» и «Чада божьи» полемизирует с Блишем. В ее книгах также исследуется проблема кризиса веры, ее утраты и нового обретения. Главный герой — тоже священник-иезуит, который участвует в Первом Контакте, что, однако, приводит его к переосмыслению своих традиционных убеждений.

К агностическому фэнтези можно отнести некоторые произведения писателя-гуманиста Клиффорда Саймака, прежде всего роман «Братство Талисмана». По Саймаку, вере нельзя научится, ее надо выстрадать. В «Большой игре» Дэйва Дункана сюжет строится на борьбе традиционных богов и героя-атеиста, который вынуждено встает на путь Мессии. Чтобы победить, ему придется умереть — только так человек может стать богом. Оригинальный гибрид размышлений на тему христианской религии, морали, веры, института церкви и их взаимоотношений со своеобразной магией — фэнтезийная эпопея Кэтрин Курц о Дерини.

К богу можно прийти по-разному.

Любопытно, что агностическую фантастику пишут авторы разных взглядов, среди которых есть и искренне верующие (Рэй Брэдбери, «Человек» и «Огненные шары»), и откровенные атеисты (Гарри Гаррисон, «Смертные муки пришельца»). К агностицизму можно отнести немало ярких фантастических произведений: «Гиперион» Дэна Симмонса, «Пандем» Марины и Сергея Дяченко, «Мелкие боги» Терри Пратчетта, «Князь Света» Роджера Желязны, «Дюна» Фрэнка Герберта...

Ничего святого?

Многие фантасты середины 20 века — традиционные материалисты и атеисты, особенно представители советской и западной технократической НФ. Чаще всего их атеизм пассивен и прост как булыжник: бога нет, а на ответ любые вопросы способна дать лишь наука. Для большинства героев такой НФ, вопрос бога вообще не актуален.

Где-то на грани пассивного атеизма и активного неверия лежат сатира и юмор на теологические темы. Принцип здесь прост: ради красного словца не пожалею и Отца! До чего только не доходит фантазия! В романе «Иегова на буксире» Джеймса Морроу тело Господа находят в Атлантическом океане, причем его мозговые клетки еще функционируют, из-за чего появляются желающие привлечь Иегову к судебной ответственности. Правда, сатира Морроу направлена скорее против современного западного общества, нежели христианства. А зачем бог создал мир? Да просто у него такое хобби. Кто-то мастерит модели самолетов, а Он — целые миры (рассказ «Хобби» Эрика Фрэнка Рассела).

Пошутим с Дьяволом!

Нередко фантасты пытаются объяснить существование бога с материалистических позиций. Варианты достаточно традиционны и предсказуемы: бог или мессия — это инопланетянин, сверхчеловек, суперкомпьютер, некая непонятная аномалия («Автостопом по Галактике» Дугласа Адамса, «Маски Времени» Роберта Сильверберга, «Евангелие от Афрания» Кирилла Еськова). Герой повести «Се человек» Майкла Муркока, решивший выяснить личность Иисуса, отправляется назад во времени только для того, чтобы быть распятым и стать Христом самому. Впрочем, человек способен превратиться в бога и менее кровавым образом, ибо это просто работа такая (цикл «Воплощения бессмертия» Пирса Энтони).

Наконец, активное богоборчество. Мало просто не верить, надо уничтожить бога, низвергнуть его, стереть даже упоминание о нем. Самый характерный пример — фэнтезийная трилогия Филипа Пулмана «Темные начала».

И на закуску — абсолютный атеизм как осознанный выбор, даже как некая новая теология. Мир лишен всякой логики, но лишь самым отважным доступно трагичное понимание того, что жизнь — всего-навсего одинокая песчинка в равнодушных Песках Пространства и Времени («Солярис» и «Глас Господень» Станислава Лема).

Боги должны умирать вовремя.

Антиклерикалы показывают церковь или отдельных священников как костных душителей свободы и истины. Дескать, проклятые попы, оголтело навязывая давно устаревшие и отжившие правила, строят гнусные козни во имя фанатичной веры или беспринципной корысти («Восстание 2100 года» Роберта Хайнлайна, «Молот и крест» Гарри Гаррисона, тот же Пулман). И если даже появится мессия, то именно церковники с заплывшими мозгами будут в первых рядах его гонителей («Чужак в чужой стране» Хайнлайна). Правда, иногда тотальный контроль клерикалов над прогрессом оказывается благом для человечества («Павана» Кита Робертса).

Лики веры

У фантастики, смысловое или сюжетное наполнение которой связано с религией, есть букет излюбленных тем. Некоторые связаны с вечными вопросами бытия, иные основаны на традициях мировых религий.

Клянусь Святым Айзеком!

На первый взгляд, религии неизменны. Однако с течением времени меняются сами люди, их взгляды и представления. Каким богам они будут поклоняться спустя века? О чем молить? Во что верить?

Какой бы «новой» ни выглядела фантастическая религия, в основе ее — призраки прошлого. Традиционный миф о приходе мессии в псевдоисламском мире далекого будущего приводит к типичному исходу — религиозной войне-джихаду («Дюна» Ф. Герберта). И подобно новому Кецалькоатлю, робот с потерпевшего крушение земного звездолета принимается аборигенами чужого мира как Посланник Небес («Последний истинный бог» Лестера Дель Рея).

Боги принимают разные обличья. В надежде обрести Вечную Истину паломники со всей Вселенной стекаются в храм инопланетного бога боли и страданий Шрайка («Гиперион» Симмонса). Император, скрестившись с нечеловеческим существом, превращается в бессмертного, которого люди нарекают богом («Бог-император Дюны» Герберта). После гибели цивилизации в атомном огне оставшиеся в живых поклоняются виновникам мировой бойни («Господь Гнева» Ф. Дика и Р. Желязны). А хитрый мошенник организует Церковь святого Иуды, к чьим стопам радостно припадают толпы уверовавших («Крест и Дракон» Дж. Мартина).

Потребность в вере — свойство существа разумного, ибо только ему ведомы сомнения. Когда в результате научного эксперимента у подопытных шимпанзе инстинкты трансформируются в разум, они находят себе бога — в виде одного из своих умерших создателей («Пастырь» Р. Сильверберга). А если искусственные существа преодолеют путь от заданной программы к интеллекту, им тоже понадобится предмет для поклонения. Роботы и компьютеры могут быть самыми ярыми приверженцами традиционных человеческих верований, например христианства («Иуда» Дж. Браннера, «Поиски святого Аквина» Э. Бучера), даже стать Папой Римским («Добрые вести из Ватикана» Р. Сильверберга, «Проект Ватикан» К. Саймака). Робот-герой романа Фрица Лейбера «Серебряные яйцеглавы» регулярно поминает всуе святых Айзека, Жюля, Герберта, Карела, Рэя, Станислава и Норберта. Имена шести фантастов и «отца кибернетики» Норберта Винера узнает любой истинный поклонник НФ.

Конец — делу венец!

Одна из излюбленных тем фантастики — эсхатология, учение о конечности мира и человека. Для фантастики на религиозные темы годится не всякий конец света, а только мистический — с роковыми пророчествами, знамениями и волей провидения.

Частенько фантастам и не требуется придумывать ничего — достаточно использовать реальные религиозные модели. В основе романа Р. Желязны «Создания света, создания тьмы» — принципы, заимствованные из древнеегипетской теологии. А Нил Гейман в «Американских богах» показывает современный вариант Рагнарёка.

Безоглядное вмешательство науки в мистическую суть Вселенной также может привести к печальным последствиям. В рассказе Артура Кларка «9 миллиардов имен бога» дотошные людишки расшифровали все существующие имена Единого Господа — вот только в результате погасли все звезды во Вселенной...

Большинство религий предполагает, что существование человека не заканчивается с его физической смертью. И вот уже каждый из когда-либо живущих пробуждается на берегах Великой Реки, где людям предоставляется шанс начать все заново («Мир Реки» Ф. Фармера). Нечто вроде альтернативной реальности ждет людей после смерти и по Джону Гранту (роман «Мир»). Более технологичен в своей метафизической фантазии «На крыльях песни» Томас Диш: загробной «жизни» можно достигнуть с помощью научных разработок. Истинный Ад оборачивается гротескной вариацией придумки Данте (роман «Ад» Дж. Пурнелла и Л. Нивена). А ёрник Хайнлайн прозаически считает, что на том свете нас поджидает бюрократия покруче земной («Иов, или Осмеяние справедливости»): только успевай бланки заполнять да в очередях стоять. А куда спешить? Ведь впереди — вечность.

* * *

Фантастических книг с религиозным подтекстом немало, даже если в некоторых из них слово «бог» невозможно разглядеть через самый сильный микроскоп. А так как никто доподлинно не знает, существует ли он на самом деле, поиск божественного начала часто лишь прикрывает попытку познания человека и окружающего его мира.

Комментарии к статье
Для написания комментария к статье необходимо зарегистрироваться и авторизоваться на форуме, после чего - перейти на сайт
РАССЫЛКА
Новости МФ
Подписаться
Статьи МФ
Подписаться
Новый номер
В ПРОДАЖЕ С
24 ноября 2015
ноябрь октябрь
МФ Опрос
[последний опрос] Что вы делаете на этом старом сайте?
наши издания

Mobi.ru - экспертный сайт о цифровой технике
www.Mobi.ru

Сайт журнала «Мир фантастики» — крупнейшего периодического издания в России, посвященного фэнтези и фантастике во всех проявлениях.

© 1997-2013 ООО «Игромедиа».
Воспроизведение материалов с данного сайта возможно с разрешения редакции Сайт оптимизирован под разрешение 1024х768.
Поиск Войти Зарегистрироваться